Ему было всего 23 года…
Если взять карту Великой Отечественной и отметить на ней все места, где воевали уроженцы Осетии, она превратится в сплошное красное пятно: от Баренцева моря до Черного, от Подмосковья до Берлина. 95 тысяч человек – почти каждый четвертый житель республики того времени – надели шинели. Каждый второй из них не вернулся. 79 Героев Советского Союза дала стране эта маленькая земля. И за каждой из этих цифр – чья-то жизнь, чья-то мать, чей-то последний взгляд на родные горы.
Но статистика – это только верхушка. Под ней тысячи личных историй, которые не попали в сводки Совинформбюро. Одна из них – судьба Зикиры Керменовича Баликоева, уроженца с. Чиколы, который в семнадцать лет поступил в военное училище, а в двадцать три остался лежать в кубанской земле. Его путь от западной границы до родного села, от окружения до освобождения, от ордена до братской могилы – это дорога, которую прошли миллионы. Но пройти ее до конца довелось далеко не всем...
В довоенной Чиколе мало кто мог предположить, что обычный школьный выпускник станет одним из тех, кто будет прорываться из окружения под Львовом, оборонять Москву, освобождать родное село и погибнет на Таманском полуострове. Зикира Керменович Баликоев после окончания средней школы в возрасте семнадцати лет поступил в Урюпинское пехотное училище. Он учился, постигал военное дело, и в звании лейтенанта был направлен на западную границу в район города Львова, в состав 6-й армии. Он тогда еще не успел даже как следует познакомиться со всем личным составом своего стрелкового взвода.
А затем июнь сорок первого… Часть, в которой служил Баликоев, попала в окружение. Для молодого офицера это было первое боевое испытание: отсутствие связи, паника, смерть вокруг, невозможность получить приказ. Но он не растерялся. Ему с небольшой группой бойцов удалось вырваться из окружения. Они прорывались через Кировоград, затем оказались в Запорожье, а оттуда двинулись дальше, на Москву. Там, под столицей, Зикира Баликоев и его товарищи приняли активное участие в боях за Москву.
В начале 1942 года Зикиру Керменовича направили в город Ленинакан. А в августе того же года назначили начальником комендантской службы на участке железной дороги Грозный – Буйнакск. Должность ответственная, но спокойная, без прямого соприкосновения с противником. Баликоев проработал в этой должности всего несколько дней. Он пришел к твердому выводу: это не для него. Офицер, который прошел окружение и оборону Москвы, не может отсиживаться в тылу, когда его товарищи гибнут на фронте. Он попросился на передовую, в действующую армию. Командование оценило его решимость и патриотизм, доказанные храбростью и мужеством.
В 1942 году его назначают командиром роты 34-й стрелковой бригады, которая в то время участвовала в сражениях на подступах к городу Орджоникидзе, нынешнему Владикавказу. Это был один из ключевых моментов Битвы за Кавказ. Немцы рвались к нефтяным запасам, к Грозному, к Баку. Баликоев со своей ротой стоял насмерть.
Наступил 1943 год. Первого января рота под командованием Зикиры участвовала в освобождении родного села Чиколы от оккупантов. То, о чем он мечтал все эти долгие месяцы, свершилось: он увидел родных, прошел по улицам, где бегал мальчишкой. С разрешения старшего начальника Зикира Керменович остался в отцовском доме на сутки. Односельчане встречали воинов с радостью, хлебом-солью. Для них эти солдаты были не просто армией, они были своими, родными. Баликоев обнял родных, поговорил с ними, вдохнул воздух родного села.
А на следующий день он покинул отцовский дом. Как оказалось, навечно.
Дальше его стрелковая рота принимала активное участие в освобождении земель Кабардино-Балкарии, Ставропольского и Краснодарского краев. Они гнали врага на запад, метр за метром возвращая стране ее землю. Зикира Керменович Баликоев воевал отважно, был награжден орденом Боевого Красного Знамени и медалью «За боевые заслуги». Это были заслуженные награды, признание его командирского таланта и личного мужества.
В марте 1943 года командир роты, старший лейтенант Зикира Керменович Баликоев, кавалер ордена Боевого Красного Знамени и медали «За боевые заслуги», пал смертью храбрых в боях на Таманском полуострове, в районе города Славянск-на-Кубани. Ему было всего двадцать три года. Он успел так много – и так мало. Он успел вырваться из окружения, защитить Москву, освободить родное село. Но не успел дожить до Победы.
Баликоев захоронен в Братской могиле на хуторе Семисводном. Не в родной Чиколе, не под осетинским небом, а в кубанской земле, вдали от гор, где он родился. Но память о нем не угасла. Спустя годы поклониться памяти брата и дяди ездили к могиле родственники. Они повезли с собой горсть родной земли – чиколинской, осетинской – и рядом посадили цветы. Это было их прощание, их способ сказать: ты не забыт, ты с нами, земля твоя теперь здесь, на чужбине, но с частицей родины.
Зикира Баликоев не стал Героем Советского Союза. Он не взял Берлин и не водружал знамя над рейхстагом. Он сделал другое: не спрятался в тылу, когда была такая возможность; прорывался из окружения и шел в бой; освобождал свою родную землю и отдал жизнь за чужую, но такую же родную кубанскую землю. И сегодня, когда говорят «никто не забыт», речь идет, в том числе, и о нем.
Низкий поклон всем защитникам, которые ценой своей жизни заплатили за мир и спасение Родины. Любим, помним, скорбим.
В довоенной Чиколе мало кто мог предположить, что обычный школьный выпускник станет одним из тех, кто будет прорываться из окружения под Львовом, оборонять Москву, освобождать родное село и погибнет на Таманском полуострове. Зикира Керменович Баликоев после окончания средней школы в возрасте семнадцати лет поступил в Урюпинское пехотное училище. Он учился, постигал военное дело, и в звании лейтенанта был направлен на западную границу в район города Львова, в состав 6-й армии. Он тогда еще не успел даже как следует познакомиться со всем личным составом своего стрелкового взвода.
А затем июнь сорок первого… Часть, в которой служил Баликоев, попала в окружение. Для молодого офицера это было первое боевое испытание: отсутствие связи, паника, смерть вокруг, невозможность получить приказ. Но он не растерялся. Ему с небольшой группой бойцов удалось вырваться из окружения. Они прорывались через Кировоград, затем оказались в Запорожье, а оттуда двинулись дальше, на Москву. Там, под столицей, Зикира Баликоев и его товарищи приняли активное участие в боях за Москву.
В начале 1942 года Зикиру Керменовича направили в город Ленинакан. А в августе того же года назначили начальником комендантской службы на участке железной дороги Грозный – Буйнакск. Должность ответственная, но спокойная, без прямого соприкосновения с противником. Баликоев проработал в этой должности всего несколько дней. Он пришел к твердому выводу: это не для него. Офицер, который прошел окружение и оборону Москвы, не может отсиживаться в тылу, когда его товарищи гибнут на фронте. Он попросился на передовую, в действующую армию. Командование оценило его решимость и патриотизм, доказанные храбростью и мужеством.
В 1942 году его назначают командиром роты 34-й стрелковой бригады, которая в то время участвовала в сражениях на подступах к городу Орджоникидзе, нынешнему Владикавказу. Это был один из ключевых моментов Битвы за Кавказ. Немцы рвались к нефтяным запасам, к Грозному, к Баку. Баликоев со своей ротой стоял насмерть.
Наступил 1943 год. Первого января рота под командованием Зикиры участвовала в освобождении родного села Чиколы от оккупантов. То, о чем он мечтал все эти долгие месяцы, свершилось: он увидел родных, прошел по улицам, где бегал мальчишкой. С разрешения старшего начальника Зикира Керменович остался в отцовском доме на сутки. Односельчане встречали воинов с радостью, хлебом-солью. Для них эти солдаты были не просто армией, они были своими, родными. Баликоев обнял родных, поговорил с ними, вдохнул воздух родного села.
А на следующий день он покинул отцовский дом. Как оказалось, навечно.
Дальше его стрелковая рота принимала активное участие в освобождении земель Кабардино-Балкарии, Ставропольского и Краснодарского краев. Они гнали врага на запад, метр за метром возвращая стране ее землю. Зикира Керменович Баликоев воевал отважно, был награжден орденом Боевого Красного Знамени и медалью «За боевые заслуги». Это были заслуженные награды, признание его командирского таланта и личного мужества.
В марте 1943 года командир роты, старший лейтенант Зикира Керменович Баликоев, кавалер ордена Боевого Красного Знамени и медали «За боевые заслуги», пал смертью храбрых в боях на Таманском полуострове, в районе города Славянск-на-Кубани. Ему было всего двадцать три года. Он успел так много – и так мало. Он успел вырваться из окружения, защитить Москву, освободить родное село. Но не успел дожить до Победы.
Баликоев захоронен в Братской могиле на хуторе Семисводном. Не в родной Чиколе, не под осетинским небом, а в кубанской земле, вдали от гор, где он родился. Но память о нем не угасла. Спустя годы поклониться памяти брата и дяди ездили к могиле родственники. Они повезли с собой горсть родной земли – чиколинской, осетинской – и рядом посадили цветы. Это было их прощание, их способ сказать: ты не забыт, ты с нами, земля твоя теперь здесь, на чужбине, но с частицей родины.
Зикира Баликоев не стал Героем Советского Союза. Он не взял Берлин и не водружал знамя над рейхстагом. Он сделал другое: не спрятался в тылу, когда была такая возможность; прорывался из окружения и шел в бой; освобождал свою родную землю и отдал жизнь за чужую, но такую же родную кубанскую землю. И сегодня, когда говорят «никто не забыт», речь идет, в том числе, и о нем.
Низкий поклон всем защитникам, которые ценой своей жизни заплатили за мир и спасение Родины. Любим, помним, скорбим.