Анестезиологи-реаниматологи – бойцы невидимого фронта
Для большинства людей анестезиолог – это самый загадочный врач, которого они видят пару минут перед операцией.
Он задает несколько коротких вопросов, делает укол, и мир проваливается в мягкую темноту…
Он задает несколько коротких вопросов, делает укол, и мир проваливается в мягкую темноту…
В мире медицины хирург оперирует, терапевт лечит... А что делает анестезиолог? Профессия анестезиолога-реаниматолога – одна из самых сложных, ответственных и в то же время невидимых в медицине. Это не просто врач, который «делает наркоз». Он управляет каждым вдохом, каждым выдохом, ритмом сердца во время операции. Его работа начинается задолго до того, как пациент попадает на операционный стол, и не заканчивается, пока полностью не очнется от наркоза и не будет переведен в палату.
Одним из тех, кто каждый день совершает «тихий» подвиг в стенах операционной, является заведующий отделением анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии Клинической больницы СОГМА Рустам Саламов. Он признается: медицина привлекала его всегда, ведь от знаний, реакции и решений врача зависит здоровье. В анестезиологии нет возможности сказать: «Посмотрим потом или завтра». Ты должен оценить ситуацию, принять решение и действовать немедленно. Кроме того, это специальность на стыке практически всей медицины: нужно понимать кардиологию, пульмонологию, неврологию, фармакологию, хирургию, физиологию…
«Наверное, именно сочетание огромной ответственности, интеллектуальной работы и необходимости сохранять спокойствие в самых сложных ситуациях когда-то и определило мой выбор, – рассказал специалист. – Врачом я работаю с 2013 года. До этого работал медицинским братом в КБСП, отделение реанимации. Практически весь мой профессиональный путь связан с анестезиологией и реаниматологией».
Все эти годы прошли в операционных, реанимационных отделениях, дежурствах, экстренных ситуациях, с тяжелыми пациентами, при большом количестве плановых и срочных операций. Именно такая работа, по словам Рустама, очень быстро дает неоценимый опыт, что невозможно получить из учебников.
«Со временем менялось и мое отношение к профессии. В самом начале ты прежде всего думаешь о технике: правильно провести индукцию, интубировать, подобрать препараты. С опытом же начинаешь гораздо больше думать о стратегии: что произойдет с пациентом через час, через три часа, после операции, какие осложнения можно предупредить еще до того, как они появились. И, конечно, сегодня для меня важная часть работы – передача опыта молодым врачам», – сказал он.
Клиническая больница СОГМА – один из крупнейших клинических и учебных центров республики. Специфика работы отделения анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии заключается прежде всего в разнообразии пациентов и клинических ситуаций. Через университетскую клинику проходит очень широкий спектр хирургической патологии. Это означает, что анестезиолог должен быть готов работать с пациентами разных возрастов, с различных сопутствующей патологией и с операциями совершенно разных продолжительности и сложности.
«Мы находимся не просто в лечебном учреждении, а на клинической базе медицинской академии. Поэтому рядом со специалистом постоянно находятся студенты, ординаторы, молодые врачи. Это накладывает дополнительную ответственность. Нужно не только качественно провести анестезию, но и объяснить молодому коллеге, почему ты принимаешь именно такое решение»,– подчеркивает врач.
Говоря о студентах, он отметил, что лишь по теории они никогда не научатся думать на несколько шагов вперед. Учебник расскажет, какую дозу препарата использовать, но не научит чувствовать момент, когда ситуация начинает меняться еще до того как монитор подаст тревогу.
«Я учу не бояться перепроверять себя, задавать вопросы и звать более опытного врача, если ситуация выходит за рамки их опыта. В медицине опаснее всего не незнание. Опаснее самоуверенность. И еще одно важное правило: никогда не относиться к пациенту как к «случаю» или «операции». Для нас это может быть третьей операцией за день. Для человека на столе, возможно – самый страшный день в его жизни».
Несмотря на актуальность профессии среди молодых, кадровый вопрос, по словам специалиста, остается актуальным:
«Анестезиология требует очень длительной подготовки, постоянного обучения и высокой стрессоустойчивости. Здесь практически невозможно работать формально. Поэтому задача старшего поколения врачей заключается не только в том, чтобы обучить молодого специалиста техническим навыкам, но и в том, чтобы помочь ему не потерять интерес к профессии. Когда молодой специалист начинает самостоятельно справляться со сложными клиническими ситуациями, тогда он и приходит к поиниманию, насколько важна его работа, отношение к специальности совершенно меняется».
Когда обыватель думает об успешной операции, он чаще всего представляет только хирурга. Мало кто задумывается о важности работы анестезиолога. Самый распространенный миф – анестезиолог сделал укол, пациент уснул, после чего может спокойно уйти.
«На самом деле после того как пациент засыпает, для анестезиолога начинается наиболее ответственная часть работы. Во время операции мы фактически берем под контроль жизненно важные функции человека: дыхание, гемодинамику, глубину анестезии, обезболивание, температуру, водно-электролитный баланс, кровопотерю,– подчеркивает Рустам Зурабович. – Хирург сосредоточен на зоне операции. Наша задача – чтобы весь остальной организм безопасно перенес это вмешательство. Поэтому анестезиолог действительно находится рядом с пациентом от начала анестезии до его пробуждения и передачи в послеоперационное отделение или реанимацию».
Пациенты часто боятся наркоза больше, чем самой операции. Три основных вида страха, которые, по словам специалиста, звучат постоянно: «А вдруг я не проснусь?», «а вдруг я проснусь во время операции?» и «правда ли, что каждый наркоз сокращает жизнь?»: «Я всегда стараюсь спокойно объяснить пациенту, что современная анестезиология очень далеко ушла от того наркоза, который применяли десятилетия назад. Сегодня мы можем постоянно видеть основные параметры жизнедеятельности пациента, оценивать вентиляцию легких, насыщение крови кислородом, работу сердца, давление и многие другие показатели. Кроме того, современная анестезия индивидуальна. Нет одного одинакового наркоза для всех. Самое важное перед операцией – разговор с пациентом. Когда человек понимает, что рядом с ним все время находится врач, контролирующий ситуацию, уровень тревоги значительно снижается».
За последние 20-30 лет очень многое поменялось: препараты, аппараты искусственной вентиляции легких, наркозно-дыхательные станции и, самое главное, возможности мониторинга. Сегодня стандартом является постоянный контроль ЭКГ, артериального давления, насыщения крови кислородом, частоты дыхания, температуры, концентрации углекислого газа в выдыхаемом воздухе. При сложных операциях может применяться расширенный мониторинг, включая инвазивное измерение давления и дополнительные методы оценки гемодинамики. Что касается препаратов, то сегодня используются современные внутривенные и ингаляционные анестетики, анальгетики, миорелаксанты и препараты для их реверсии: «И все же я всегда говорю молодым коллегам: безопасность создает не один дорогой аппарат и не один современный препарат. Безопасность создают оборудование, лекарственное обеспечение, система работы и квалификация врача одновременно».
Профессионализм врача, по мнению Рустама Саламова, заключается в том, чтобы эмоции не мешали действиям: «В критической ситуации я стараюсь быстро разделить проблему на конкретные задачи. Очень помогает алгоритмическое мышление. Когда ситуация опасная, нельзя метаться между десятью версиями одновременно. Нужно определить непосредственную угрозу жизни и устранить ее. А после того как ситуация закончится, можно анализировать эмоции и переживания. Во время критического момента для этого просто нет времени».
Полностью оставить работу в больнице для медиков, наверное, невозможно. Справляться с эмоциональной нагрузкой после тяжелого рабочего дня Рустаму Саламову помогают физические нагрузки, поездки, время с семьей и возможность иногда просто «выключиться» из медицинского информационного пространства.
«Врач должен заботиться и о собственном ресурсе. Уставший врач – это уже вопрос не только его собственного здоровья, но и безопасности пациентов», – отметил он.
Наш герой не ищет славы или аплодисментов. Главной наградой после тяжелой суточной смены для него является осознание того, что люди, за которых он отвечал всю ночь, живы, стабильны и им стало лучше.
«Иногда после очень тяжелого дежурства не нужны ни слова благодарности, ни какие-то особые эмоции. Достаточно утром зайти к пациенту, увидеть, что он в сознании, разговаривает, дышит самостоятельно, и понять: эта ночь прошла не зря», – сказал в заключение наш герой.
Одним из тех, кто каждый день совершает «тихий» подвиг в стенах операционной, является заведующий отделением анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии Клинической больницы СОГМА Рустам Саламов. Он признается: медицина привлекала его всегда, ведь от знаний, реакции и решений врача зависит здоровье. В анестезиологии нет возможности сказать: «Посмотрим потом или завтра». Ты должен оценить ситуацию, принять решение и действовать немедленно. Кроме того, это специальность на стыке практически всей медицины: нужно понимать кардиологию, пульмонологию, неврологию, фармакологию, хирургию, физиологию…
«Наверное, именно сочетание огромной ответственности, интеллектуальной работы и необходимости сохранять спокойствие в самых сложных ситуациях когда-то и определило мой выбор, – рассказал специалист. – Врачом я работаю с 2013 года. До этого работал медицинским братом в КБСП, отделение реанимации. Практически весь мой профессиональный путь связан с анестезиологией и реаниматологией».
Все эти годы прошли в операционных, реанимационных отделениях, дежурствах, экстренных ситуациях, с тяжелыми пациентами, при большом количестве плановых и срочных операций. Именно такая работа, по словам Рустама, очень быстро дает неоценимый опыт, что невозможно получить из учебников.
«Со временем менялось и мое отношение к профессии. В самом начале ты прежде всего думаешь о технике: правильно провести индукцию, интубировать, подобрать препараты. С опытом же начинаешь гораздо больше думать о стратегии: что произойдет с пациентом через час, через три часа, после операции, какие осложнения можно предупредить еще до того, как они появились. И, конечно, сегодня для меня важная часть работы – передача опыта молодым врачам», – сказал он.
Клиническая больница СОГМА – один из крупнейших клинических и учебных центров республики. Специфика работы отделения анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии заключается прежде всего в разнообразии пациентов и клинических ситуаций. Через университетскую клинику проходит очень широкий спектр хирургической патологии. Это означает, что анестезиолог должен быть готов работать с пациентами разных возрастов, с различных сопутствующей патологией и с операциями совершенно разных продолжительности и сложности.
«Мы находимся не просто в лечебном учреждении, а на клинической базе медицинской академии. Поэтому рядом со специалистом постоянно находятся студенты, ординаторы, молодые врачи. Это накладывает дополнительную ответственность. Нужно не только качественно провести анестезию, но и объяснить молодому коллеге, почему ты принимаешь именно такое решение»,– подчеркивает врач.
Говоря о студентах, он отметил, что лишь по теории они никогда не научатся думать на несколько шагов вперед. Учебник расскажет, какую дозу препарата использовать, но не научит чувствовать момент, когда ситуация начинает меняться еще до того как монитор подаст тревогу.
«Я учу не бояться перепроверять себя, задавать вопросы и звать более опытного врача, если ситуация выходит за рамки их опыта. В медицине опаснее всего не незнание. Опаснее самоуверенность. И еще одно важное правило: никогда не относиться к пациенту как к «случаю» или «операции». Для нас это может быть третьей операцией за день. Для человека на столе, возможно – самый страшный день в его жизни».
Несмотря на актуальность профессии среди молодых, кадровый вопрос, по словам специалиста, остается актуальным:
«Анестезиология требует очень длительной подготовки, постоянного обучения и высокой стрессоустойчивости. Здесь практически невозможно работать формально. Поэтому задача старшего поколения врачей заключается не только в том, чтобы обучить молодого специалиста техническим навыкам, но и в том, чтобы помочь ему не потерять интерес к профессии. Когда молодой специалист начинает самостоятельно справляться со сложными клиническими ситуациями, тогда он и приходит к поиниманию, насколько важна его работа, отношение к специальности совершенно меняется».
Когда обыватель думает об успешной операции, он чаще всего представляет только хирурга. Мало кто задумывается о важности работы анестезиолога. Самый распространенный миф – анестезиолог сделал укол, пациент уснул, после чего может спокойно уйти.
«На самом деле после того как пациент засыпает, для анестезиолога начинается наиболее ответственная часть работы. Во время операции мы фактически берем под контроль жизненно важные функции человека: дыхание, гемодинамику, глубину анестезии, обезболивание, температуру, водно-электролитный баланс, кровопотерю,– подчеркивает Рустам Зурабович. – Хирург сосредоточен на зоне операции. Наша задача – чтобы весь остальной организм безопасно перенес это вмешательство. Поэтому анестезиолог действительно находится рядом с пациентом от начала анестезии до его пробуждения и передачи в послеоперационное отделение или реанимацию».
Пациенты часто боятся наркоза больше, чем самой операции. Три основных вида страха, которые, по словам специалиста, звучат постоянно: «А вдруг я не проснусь?», «а вдруг я проснусь во время операции?» и «правда ли, что каждый наркоз сокращает жизнь?»: «Я всегда стараюсь спокойно объяснить пациенту, что современная анестезиология очень далеко ушла от того наркоза, который применяли десятилетия назад. Сегодня мы можем постоянно видеть основные параметры жизнедеятельности пациента, оценивать вентиляцию легких, насыщение крови кислородом, работу сердца, давление и многие другие показатели. Кроме того, современная анестезия индивидуальна. Нет одного одинакового наркоза для всех. Самое важное перед операцией – разговор с пациентом. Когда человек понимает, что рядом с ним все время находится врач, контролирующий ситуацию, уровень тревоги значительно снижается».
За последние 20-30 лет очень многое поменялось: препараты, аппараты искусственной вентиляции легких, наркозно-дыхательные станции и, самое главное, возможности мониторинга. Сегодня стандартом является постоянный контроль ЭКГ, артериального давления, насыщения крови кислородом, частоты дыхания, температуры, концентрации углекислого газа в выдыхаемом воздухе. При сложных операциях может применяться расширенный мониторинг, включая инвазивное измерение давления и дополнительные методы оценки гемодинамики. Что касается препаратов, то сегодня используются современные внутривенные и ингаляционные анестетики, анальгетики, миорелаксанты и препараты для их реверсии: «И все же я всегда говорю молодым коллегам: безопасность создает не один дорогой аппарат и не один современный препарат. Безопасность создают оборудование, лекарственное обеспечение, система работы и квалификация врача одновременно».
Профессионализм врача, по мнению Рустама Саламова, заключается в том, чтобы эмоции не мешали действиям: «В критической ситуации я стараюсь быстро разделить проблему на конкретные задачи. Очень помогает алгоритмическое мышление. Когда ситуация опасная, нельзя метаться между десятью версиями одновременно. Нужно определить непосредственную угрозу жизни и устранить ее. А после того как ситуация закончится, можно анализировать эмоции и переживания. Во время критического момента для этого просто нет времени».
Полностью оставить работу в больнице для медиков, наверное, невозможно. Справляться с эмоциональной нагрузкой после тяжелого рабочего дня Рустаму Саламову помогают физические нагрузки, поездки, время с семьей и возможность иногда просто «выключиться» из медицинского информационного пространства.
«Врач должен заботиться и о собственном ресурсе. Уставший врач – это уже вопрос не только его собственного здоровья, но и безопасности пациентов», – отметил он.
Наш герой не ищет славы или аплодисментов. Главной наградой после тяжелой суточной смены для него является осознание того, что люди, за которых он отвечал всю ночь, живы, стабильны и им стало лучше.
«Иногда после очень тяжелого дежурства не нужны ни слова благодарности, ни какие-то особые эмоции. Достаточно утром зайти к пациенту, увидеть, что он в сознании, разговаривает, дышит самостоятельно, и понять: эта ночь прошла не зря», – сказал в заключение наш герой.