Президент России: «Договариваться не скем, но надо!»

– Каковы перспективы мирного урегулирования российско-украинского конфликта, нападения России на Европу и договоров с США о контроле над вооружениями?

– По поводу проекта договора: проектов договора не было, был набор вопросов, которые предлагалось обсудить и сформулировать окончательно. Перед моим визитом в США мы обсуждали это с американскими переговорщиками, и после этого возник тот перечень возможных договоренностей из 28 пунктов. В целом мы согласны, что это может быть положено в основу будущих договоренностей.

Некоторые вещи носят принципиальный характер, и в целом мы видим, что американская сторона в чем-то учитывает нашу позицию. Где-то нам нужно серьезно обсуждать конкретные вещи.

В Европе есть люди, они не в себе немного или жулики какие-то, которые говорят, что Россия готовится к нападению на Европу, и им нужно немедленно укреплять свой оборонный потенциал. Это полная чушь, это ложь прямая! Тем не менее, если они напугали своих граждан, и те хотят услышать, что у нас никаких агрессивных нет планов в отношении Европы, пожалуйста, мы готовы это зафиксировать как угодно!

Может быть, в этом и есть смысл, если мы хотим расставить точки в вопросах общеевропейской безопасности. Мы и сами это когда-то предлагали. Если наши западные – называем их опять «партнерами» – хотят этого теперь, пожалуйста, мы готовы!

В одном из документов упоминается о том, что мы должны решить вопрос стратегической стабильности вместе с нашими американскими партнерами. Ради бога, разве мы против? Мы же это самое и предлагали еще администрации Обамы, услышали «да-да», а потом все застряло.

Теперь у нас заканчивается договор СНВ-3. Не хотят ничего делать – не надо! Но из этих бумаг мы увидели, что в целом есть желание вернуться к этим вопросам. Пожалуйста, мы всегда открыты.

– Есть ли понимание, с кем договариваться и подписывать документы со стороны Украины?

– Вы знаете, подписывать документы с украинским руководством бессмысленно. Украинское руководство допустило принципиальную, стратегическую ошибку, когда побоялось пойти на выборы президента, после чего президент утратил свой легитимный статус.

Россия тоже находится в состоянии вооруженного конфликта с той же Украиной, но мы же провели выборы: и президентские, и муниципальные, и региональные. А они почему-то – нет.

Действующему политическому руководству Украины трудно рассчитывать на победу без подтасовок. Когда оно требовало от Конституционного суда подтверждения полномочий президента, суд уклонился от ответа, потому что в Конституции только один срок – пять лет. Продление не предусмотрено даже в условиях военного положения, только Рада имеет право на продление своих полномочий в условиях военного времени, президент – нет.

Значит, он сам как должностное лицо не может подписать, надо подтверждение Конституционного суда. Но когда от Конституционного суда потребовали, чтобы он подтвердил полномочия, а суд отказался, служба охраны перестала пускать его на рабочее место. И он, в конце концов, убежал за границу.

Конституционный суд не работает, председатель Верховного суда в тюрьме сидит за коррупцию. За это время полномочия членов Конституционного суда истекли, нужно избирать новых членов. Это же целая процедура!

Итак, как только отменяется военное положение, выборы президента надо провести, референдум надо провести, сформировать новый Конституционный суд надо – это начать и закончить, иначе никогда не закончится!

Конечно, мы хотим договориться в конечном итоге с Украиной, но это сейчас просто практически невозможно, невозможно юридически. От них кто может, кто хочет, тот пускай и ведет переговоры. Нам нужно, чтобы наши решения были международно признаны основными международными игроками.

Это имеет значение, потому что в случае нарушения договоренностей это будет нападение на Российскую Федерацию со всеми вытекающими из этого ответными мерами России. Или же это будет восприниматься как попытка вернуть принадлежащую Украине территорию. Это разные вещи!

И поэтому нам нужно признание, но не от Украины сегодня. Надеюсь, что в будущем мы сможем договориться и с Украиной: там здоровых людей, которые хотят выстроить отношения с Россией на долгосрочную историческую перспективу, достаточно много.

– В плане Трампа написано, что они признают Крым и Донбасс за нами де-факто, но не де-юре. Каковы практические последствия этого?

– Это и должно быть предметом наших переговоров с американской стороной. Это один из ключевых моментов.