Он появляется из блиндажа, и первое, что я вижу на его камуфляже, – смешной фетровый лось, сшитый кривыми стежками и прикрепленный к бронежилету. Лосяш из «Смешариков» таращится на меня глазами разного размера: один побольше, второй поменьше – видимо, дочка спешила, когда шила игрушку.
Хозяин талисмана – невысокий мужик с брутальной лысиной, точнее, полным отсутствием волос, как у Брюса Уиллиса в голливудском боевике.
– Я Олег, – знакомится он. – Хотя для своих – Лосяш.
«Смешарики» – любимый мультсериал моего сына Андрея, выходит уже четверть века, полтысячи серий, и Лосяш – один из главных героев, ученый, чья коронная фраза «Феноменально!» стала популярным мемом. Именно эту фразу, как я узнаю позже, Олег услышит от сослуживцев десятки раз.
В армии любят грозные позывные – Гром, Тигр, Беркут. А тут – мультяшный лось. Сразу понимаю: либо у человека отличное чувство юмора, либо он настолько уверен в себе, что может позволить любой позывной. Как выяснилось – у него и то, и другое.
Лосяш – замполит штурмовой роты 1-го мотострелкового батальона 810-й отдельной бригады морской пехоты группировки «Север».
Обычная история про лося
История его позывного начинается не на войне – в детской комнате, где восьмилетняя дочка Арина вырезала из фетра фигурку, глядя «Смешариков» по телевизору. Сейчас Арине 11 лет, она учится в школе. Раньше занималась легкой атлетикой, теперь пилоном. Пилон – это не танцы вокруг шеста, как подумают многие, а официальный вид спорта, где на вертикальной стальной трубе выполняют акробатические элементы, требующие невероятной силы рук, пресса и гибкости – как у гимнасток на брусьях.
До войны Олег был охотником, но на лосей не охотился, только на кабанов. Много лет проработал в оружейном магазине у себя в родной Самаре. А в свободное время играл в хардбол – военно-тактическая игра, жесткая версия страйкбола, где вместо пластмассовых шариков стреляют свинцовыми пулями.
Когда Олег пошел добровольцем, в подразделении уже были бойцы с позывными Лось и Сохатый. Олег рассказывает, что лося в народе часто называли «сохатым», потому что его рога – широкие, изогнутые – очень напоминают старинную «соху», которой раньше пахали землю. Я, допустим, не знала, что у самцов лосей рога отпадают. Лось их сбрасывает каждый год. А потом заново отращивает!
И вот 2022 год. Олег с полигона попадает в бои под Попасной в ЛНР. Там была бойня: минометный обстрел, осколки попадают в коленный сустав и в нос. Олег потом шутил: «Смешарикам такое не снилось – у них-то все круглое и гладкое». Лосяш лежит в грязи, кровь заливает лицо, и первая мысль не о боли: «Дочка расстроится, если нос оторвало…»
– Мне тогда показалось, что носа нет, – говорит Олег. – Потом пощупал, вроде на месте. Кончик и перегородку задело, не страшно. А то Лосяш без носа – это уже не Лосяш из «Смешариков», а кто-то другой.
Там, где лес стал адом
Восстановился – и снова на войну. Был на херсонском направлении, потом под Донецком, под Авдеевкой, теперь мы с ним на сумском направлении. Но когда Олег начинает говорить об Ольговском лесе в Курской области, его голос меняется.
– Нас, 810-ю бригаду, перебросили туда в августе 2024 года, – рассказывает он. – В Херсонской области нас с врагом разделяла река Днепр – мы на одном берегу, они на другом. В Авдеевке – бетонные укрепрайоны ВСУ. А тут – лес. И ВСУ были уже в Курской области. На нашей земле.
Там, возле Ольговского леса, Олег получил ранение в ногу и металлический осколок в щеку, о котором узнал случайно через год. Он тогда не придал значения: «царапина и ладно». Ранение в ногу было больнее, и его лечили. А про щеку забыл.
Осколок нашли, когда делали МРТ колена в прошлом году. Аппарат включился, и вдруг у Олега начало дергать щеку – металл реагировал на магнитное поле. На МРТ с металлом в теле нельзя, аппарат МРТ – это гигантский магнит, он любой осколок выдернет из тела, даже если тот сидит глубоко.
– Я перепугался, думал сейчас МРТ угроблю, – смеется он. – Лежал в аппарате и терпел. Больно было. Потом рентген сделал: сантиметровый осколок в щеке сидел. Врачи говорят, доставать поздно. Прижился во мне. Пусть живет.
Феноменальный талисман
Олег не любит пафосных слов. Я прошу его объяснить, что такое современный замполит, потому что у большинства людей в голове картинка из советских фильмов: замполит проводит беседы и утренние построения.
– У замполита несколько направлений, – говорит он. – Во-первых, это работа, связанная с верующими, у нас и христиане, и мусульмане воюют. Социальное направление – выплаты и документы. Есть также МППС – морально-психологическое состояние военнослужащих – один из главных показателей боеготовности подразделения. Если у бойца падает дух – я поднимаю. Если ему нужен священник – ищу батюшку. Если он не знает, как написать рапорт, – учу.
Но главное – замполит берет своих бойцов и лезет на передовую. В бой.
Самое сложное его в работе – общение с родственниками бойцов. Когда человек не выходит на связь и тело не найдено – начинается отсчет... По регламенту семь – десять дней – и боец считается «БП» – то есть без вести пропавшим. Нужно сообщить родственникам.
– Я и сам когда-то числился «БП» шесть дней, – говорит Лосяш. – Не мог выйти на связь с передовой. Я тоже знаю, каково это, когда жена по ночам не спит и дочь плачет в трубку.
Олег рассказывает случай про своего бойца, который вообще 42 дня считался без вести пропавшим – прятался в сарае, пока вокруг ходили ВСУ. Сидел за досками, выходил ночью поесть и попить. И выжил.
– Потом убрать бойца из списка без вести пропавших – тоже большая работа, – говорит замполит. – Делать документы, запросы. Много времени уходит. Но лучше так, чем по-другому… Лучше целыми днями заниматься бумажками, чем один раз потерять бойца.
Олег провожает меня до машины. На прощание смотрю на его талисман – смешного, криво сшитого Лосяша, который висит поверх магазинов с патронами. Детская игрушка на войне – это всегда странно. А здесь она стала талисманом не только для него, но и для всей роты.