«СО» регулярно рассказывает о достойных жителях нашей республики, внесших и продолжающих вносить заметный вклад в ее развитие
Мы с детства знаем, что Осетия богата полезными ископаемыми. Однако мало кто задумывается, кто и как их открыл. А ведь на протяжении десятилетий в республике существовали мощные геологические школа и служба, и они тоже были нашим общим достоянием. Значительный вклад в их становление и развитие внесли сразу четыре поколения одной семьи с редкой фамилией, особенно для Осетии, – ПОЛКВЫЕ.
– Александр Петрович, давно живу, но никогда раньше не встречал вашу фамилию!
– Это действительно интересная история! Во время революции мой дед Адольф Петрович был красным латышским стрелком – бойцом ленинской гвардии. Как звучала его фамилия по-латышски, уже никто не помнит, но для облегчения произношения дед ее русифицировал.
– Это он стал родоначальником вашей геологической династии?
– Нет, как ни странно, ею стала его жена, моя бабушка-украинка Ольга Степановна Гучек. Дед познакомился с ней на Украине, где боролся с тамошними националистами. Они поженились и вернулись в Москву, где в 1919 г. у них родился мой отец – Петр Адольфович.
Дед окончил Бауманский институт и работал инженером-конструктором, а бабушка в 1932 г. поступила в Московский геолого-разведочный институт. После его окончания ее взяли на работу в Институт геологии и минералогии Академии наук СССР. Там она защитила кандидатскую диссертацию по магматическим породам Казахстана. Это важно, позже поймете, почему!
Когда началась война, дед стал очень стесняться своего имени, но вскоре ушел в московское ополчение защищать Москву от орд своего тезки. Там и погиб…
– А кто стал продолжателем дела вашей бабушки?
– Перед самой войной мой отец поступил в тот же институт, который окончила его мать. В 43-м с отличием окончил его и там же поступил в аспирантуру. Будучи аспирантом, преподавал студентам и, конечно, влюбился в одну из них с необыкновенным именем – Неонила. Они поженились.
В 1947 г. новоиспеченного кандидата геолого-минералогических наук направили на работу в Дзауджикау (ныне Владикавказ – авт.). Здесь, в Северо-Кавказском горно-металлургическом институте только открыли геолого-разведочные кафедры, и туда требовались квалифицированные преподаватели. Мама поехала в Осетию вместе с мужем и заканчивала свой институт уже заочно, а по окончании тоже стала работать в СК ГМИ. Так мои родители оказались в одном вузе всей семьей.
Мама стала писать кандидатскую диссертацию по гранитам Центрального Кавказа. При этом она опиралась на схожие исследования моей бабушки, проведенные ею много лет назад в Казахстане. Защита проходила в Академии наук Грузинской ССР и завершилась блестяще! Со временем отец стал заведующим кафедрой, а мама – доцентом. Отец отдал вузу 30 лет, а мама – только 20, потому что ее жизнь внезапно трагически оборвалась.
– Разумеется, у вас не было вопроса о выборе профессии?
– Естественно! Я с детства «варился» в геологической среде – среди привезенных с гор камней и пород, бывал с родителями в экспедициях, жил в горах в палатке, собирал образцы… И меня увлекали и горная романтика, и интереснейшая, сложная история нашей планеты!
В 1966 г. СКГМИ принял и меня. Учиться было трудно из-за двойных или даже тройных ответственности и контроля! А чтобы не провоцировать обвинения в семейственных поблажках, предметы, которые вели родители, сдавал другим преподавателям!
Благо, что тогда почти все они были корифеями в своих областях! Более того, все они пришли в вуз с производства и досконально знали не только теорию, но и практику геологоразведки, проходки, добычи и переработки. Это Георгий Васильевич Хетагуров, Гарий Семенович Кряжев, Виктор Семенович Стариков, Гацыр Лексоевич Дзагоев, Людмила Михайловна Катова и десятки других.
Кстати, через десяток лет в СКГМИ поступил и мой младший брат Петр. Впоследствии он долго работал директором института Гипроцветмета в узбекском городе Алмалыке, а затем – главным геологом артели старателей «Чукотка». К сожалению, три года назад его не стало.
– А как складывалась ваша личная жизнь?
– После второго курса у нас была производственная практика. И после двух лет учебы в одной группе там, в горах, среди палаток и костров, я вдруг заметил свою «царицу Тамару»! Встречались три года, ездили на практику по всему Советскому Союзу, а потом я заслал сватов…
…Все время интервью с нами сидела жена Александра Петровича – Тамара Ибрагимовна, в девичестве – Ваниева. И я не мог не спросить, как сложился их интернациональный союз?
– Мой папа, Ибрагим Смалиевич, был военным фельдшером, прошел войну, а потом еще добивал в Прибалтике «лесных братьев». Ему были чужды национальные предубеждения. Мама тоже не была против моего замужества, но переживала: «Что скажут люди?». Однако у них перед глазами был живой пример другого интернационального брака – наших друзей. Это и стало решающим аргументом «за». Так мы и живем в любви и согласии уже 55 лет. Долго работали в одних геологоразведочных организациях, вырастили троих сыновей, теперь нянчим внуков!
– А где именно вы вместе работали?
– После окончания вуза в 1971 г. нас направили на Урал, где у нас родился первенец – Андрей, – продолжает Тамара Ибрагимовна. – Там мы отработали три года, но в связи с гибелью мамы Саши – Неонилы Алексеевны вернулись в Осетию, в СКГМИ. Вскоре нас пригласили на работу в Центральную геохимическую экспедицию Академии наук СССР и Мингеологии. Она находилась здесь, в Нижнем Бирагзанге, но в экспедиции мы ездили по всему Кавказу, Закавказью, Средней Азии…
Это были годы работы в прекрасном коллективе, который возглавляли известные геологи, признанные авторитеты в стране и за рубежом Борис Николаевич Ачеев и Мурат Захарович Кайтуков.
Родители А.П. Полквого
А затем Саша поступил в очную аспирантуру МГУ к корифею геологии и его тезке – Александру Петровичу Соловьеву.
– И чему была посвящена ваша диссертация?
– Методам поиска золота на северо-востоке СССР, поэтому два года я ездил в экспедиции на Чукотку и Магаданскую область. Отобрал десятки тысяч проб и сделал добротную диссертацию. По иронии судьбы ее защита прошла в МГУ 1 апреля 1980 года! А после на целых десять лет вернулся в Осетию, в ту же экспедицию.
– А что случилось в 90-м?
– Зарубежгеология рекомендовала меня в экспедицию по поиску месторождений металлов в Народной Республике Конго (есть другая страна с названием Конго). Там я проработал три года и, к своему удивлению, встретил за тысячи километров от дома земляков – горных инженеров Александра Туаева и Казбека Каргинова. По завершении командировки – снова Осетия и СКГМИ, но вскоре меня опять пригласили в Африку. Теперь уже в Мали, и искать не просто металлы, а драгоценные!
– Не зря диссертацию писали?
– Выходит, так! Причем наш отечественный метод лито-химического поиска золота дал поразительные результаты, чего не смогли добиться зарубежные геологи! Однако и эта командировка закончилась, и я уже постоянно осел в Осетии на государственных должностях. Сначала зам. начальника Управления природных ресурсов и экологии нашей республики, а затем руководителем Территориального агентства по недропользованию. Параллельно возглавлял кафедру в родном вузе и проработал преподавателем аж до 2024 года. Этот период вместил многое: международные исследования процессов на леднике Колка, открытие огромного Джимидонского месторождения руды, богатой свинцом и цинком, открытие месторождений минеральной воды, геологические изыскания для прокладки газопровода Владикавказ – Цхинвал…
– Неужели и ваши трое сыновей пошли по вашим стопам?
– Да, все трое – Андрей, Марат и Виктор окончили СКГМИ, стали горными инженерами, или менеджерами горного дела и геологоразведки. К сожалению, в республике сегодня геологу трудно найти работу, поэтому кто-то из них уехал, другие сменили род занятий. Однако в целом наша фамилия продолжает семейное дело! – говорят Александр Петрович и Тамара Ибрагимовна.
В геологии время течет медленно, поэтому его мерят в эпохах. Человеческая жизнь непомерно мала по сравнению с ними, однако есть люди, чей вклад в развитие чего-либо тоже называют эпохой.
Вклад четырех поколений семьи Полквых в развитие геологии республики – это, безусловно, эпоха, которая длится уже почти век!