Секрет его жизнестойкости
В середине 90-х заснеженным январским утром транспорта на сельских улицах не было. А надо было из пригорода добраться во Владикавказ, оттуда – в Моздок на перекладных.
Я с мальчиками стояла на улице в ожидании дедушки, который отправился, казалось бы, безуспешно искать попутку. Но вот показалась одинокая легковушка, остановилась, из нее вышел дедушка, усадил нас и помахал рукой вслед. Водитель спросил: «Кто вам Таймураз?». Мальчики в один голос ответили: «Дедушка!». «Он у вас – ангел. Ангел! Я для него что угодно сделаю!» – очень убедительно сказал водитель…
Речь он вел о моем свекре – ветеране войны и труда, заслуженном работнике сельского хозяйства СО АССР, Почетном гражданине Пригородного района – Таймуразе Хамазаевиче БАЗИЕВЕ. Каждый год в канун 9 Мая, который он считал своим вторым днем рождения, мне хотелось рассказать о нем. И каждый раз робость меня сковывала… Недавно же услышала мудрый совет: «Ты пиши, как знаешь, а люди добавят!».
В селе Задалеск, в котором в конце ХIV века нашла приют легендарная Нана со спасенными ею от врагов осиротевшими детьми, жили веками люди, чей дух был закален суровыми условиями природы и тяжкого труда. Выработанная выносливость помогала горцам выстоять в труднейших жизненных ситуациях.
Сыновья Инала Базиева Георгий и Хамаза в Первой мировой войне служили в корпусе генерала Брусилова и были участниками знаменитого «Брусиловского прорыва». Вернувшись с войны в Задалеск, Хамаза женился на Анне Тагаевой; она родила ему троих сыновей и трех дочерей. В 43 года Хамаза овдовел, младшему сыну Гяте было 9 лет. Женился второй раз на молодой вдове Мисират Тавитовой, у которой было две дочери, и шестерых Базиевых она приняла, как родных. Родились во втором браке еще трое сыновей и дочь. Из десяти детей Базиевых старшая дочь умерла рано, остальные все вышли в люди… Благодаря общему трудолюбию семья никогда не бедствовала. Таймураз, как старший из сыновей, не по годам чувствовал себя ответственным за братьев и сестер. Именно он заботился о том, чтобы его младшие относились к Мисират с уважением, как к родной матери. После окончания средней школы стал трудиться в местном колхозе, и в домашнем хозяйстве он был правой рукой отца.
Грянула Великая Отечественная война. Никто из Базиевых не остался в стороне от священного долга по защите Родины. Первым пошел в военкомат второй сын Батраз, которому исполнилось 16! Он приписал себе два года и уже 1 августа 1941 г. был на фронте. Победу он встретил в Берлине, не раз был награжден за мужество и героизм, демобилизовался в 1948-м, а в 1952-м окончил пединститут и начал учительствовать… Вслед за юным добровольцем в августе 1941-го был призван отец семейства Хамаза – его мобилизовали на трудовой фронт для строительства оборонительных сооружений и других работ в многопрофильном фронтовом хозяйстве действующей Красной армии, в составе которой он дошел до Сталинграда. Умения и опыт, находчивость и изобретательность крестьянина-горца были высоко оценены. Хамаза был удостоен благодарностей от командования, а также награжден медалью «За оборону Сталинграда». В 1943-м по болезни его комиссовали. В Задалеске, чуть поправив здоровье, он вернулся в колхоз, где в основном женщины и подростки взвалили на свои плечи все трудовые тяготы под девизом «Все – для фронта, все – для Победы!».
Третьим на фронт из семьи Базиевых ушел Таймураз. Новый 1942 год он встретил уже в Красной армии в составе 295-го артиллерийского полка. Затем в 336-м стрелковом полку три месяца спустя принял присягу. Об этом рядовой Базиев написал в письме родным из Крыма, где участвовал в обороне Керчи – одной из самых трагических страниц Великой Отечественной войны. Больше от него вестей не было. Не было ни похоронки, ни извещения как о без вести пропавшем. Пропавшим без вести уже числился зять Базиевых Созур Хосроев, муж старшей дочери Шатаны.
А кровопролитные бои шли недалеко от Задалеска. Чикола и Хазнидон были оккупированы фашистами. Во время захоронения погибших защитников Хазнидона кто-то из жителей опознал в одном из них (хотя документов при нем не нашли) Таймураза – сына Хамаза Базиева. После освобождения сел в январе-феврале 1943-го хазнидонцы сообщили печальную весть Базиевым. Тело красноармейца, которого трудно было опознать, привезли в Задалеск. Мать семейства Мисират сразу обмолвилась: «Это не он!». Но одна из старших родственниц строго перебила ее: дескать, ты ему неродная, откуда тебе знать! И с траурными почестями похоронили солдата у родового склепа Базиевых. В течение года родня, как полагается по обычаю, справила все поминки. А вестей официальных так и не было…
Тогда Мисират решилась на шаг, который бы, узнай кто, осудили строго: сказав, что едет проведать родственницу, поехала в Кабарду к… ясновидящей. Она спросила женщину, жив ли ее сын Таймураз и вернется ли домой? Та раскинула бобы фасоли, помолчала, потом переспросила: «Кто он тебе? Не вижу кровного родства у тебя с ним». Мисират пояснила: «Он брат моих детей по отцу». Ясновидящая улыбнулась и закивала: «Жив он, жив, и вернется домой!». Окрыленная таким ответом, Мисират вернулась домой. Но каждый год по-матерински продолжала готовить поминальные два пирога безымянному солдату, погибшему под Хазнидоном.
Не верили в смерть Таймураза и его сестры. И случилось чудо: весной 1945-го сестра Ольга с подругой Хамисат Хосроевой зашли за почтой. Ольга схватила конверт, подписанный рукой Таймураза, – его почерк она знала до малейшей завитушки по последнему письму 1942-го! Он писал в апреле 45-го, что наступают и бьют ненавистного врага в его логове. Победу в составе соединений 1-го Белорусского фронта он встретил в г. Бранденбурге, где 1 мая водрузили Красное знамя. Он и не подозревал, что младший брат Батраз участвовал в те же дни во взятии Берлина, где в ночь на 1 мая и 2 мая были водружены знамена Победы над Рейхстагом и Бранденбургскими воротами.
Что же было с Таймуразом в те годы, пока родные считали его погибшим? Он разделил трагическую участь почти пяти миллионов советских солдат и офицеров, попавших в фашистский плен. Больше половины военнопленных, находившихся в концентрационных лагерях по всей Европе, погибли от каторжного труда, голода, болезней, издевательств, казней… Пройдя все круги ада, когда Таймуразу уже казалось – душа вот-вот покинет почти безжизненное тело, распахнулись ворота барака концлагеря, и солдат в советской военной форме по-русски поинтересовался, есть ли кто живой. Освобождение вдохнуло в него жизнь. Потому он считал день Победы своим вторым днем рождения. Таймуразу уже ничего не казалось страшным: ни полные ужаса глаза видавших виды врачей на медосмотрах, ни проверки и допросы органов СМЕРШ, ни грохот разрывов снарядов и бомб продолжавшихся боев. Когда в поведении рядового Базиева не было выявлено компрометирующих фактов, он получил разрешение продолжить службу в действующей армии.
Вернулся он в Задалеск через полтора года, под Новый 1947 год. Эти пять лет стали для него испытанием, которое он с честью выдержал (правда, о войне не говорил, мол, хвалиться ему нечем). Он пошел на родовое кладбище и убрал могильный памятник, на котором были выбиты его имя, отчество, фамилия и дата смерти – 1942 г. А безымянный солдат и сегодня на том погосте.
В селе устроили кувд в честь возвращения Таймураза. Вскоре он женился на скромной и милой Хамисат Хосроевой, передовой труженице тыла, которая ждала его возвращения с войны не меньше его родни. Однако, по воспоминаниям родни, зеркало, которое несли по обычаю перед невестой, упало и разбилось. Старшие обеспокоились: плохой знак! А молодежь, из атеистических воззрений не верившая в приметы, не придала этому факту особого значения – впереди ждала мирная и долгая счастливая жизнь!
Как у фронтовика, у Таймураза была возможность получить высшее образование: разрушенная страна остро нуждалась в профессиональных кадрах. Ускоренный годичный курс «Учетные работники ЦСУ СССР» окончил с отличием в 1948 г. Получил и вторую профессию – техника-строителя в 1951-м. Работал ответственно и безупречно на каждом участке. Тогда же молодые родители Базиевы испытали первое горе – умерла полуторагодовалая дочурка. К 1955 г. Таймураза наряду со многими специалистами направили в Пригородный район – поднимать сельское хозяйство. Временное жилье молодой семье, в которой были уже маленькие Зарема и Олег, предоставили в с. Куртате; там же позже родился и Сослан.
В колхозе имени Ленина Таймураз Хамазаевич работал с 1955 по 2004 год – бухгалтером, бригадиром…
Немногословный, с тонким чувством юмора, строгий, не имея высоких чинов, чрезвычайно скромный в быту, Таймураз обладал необыкновенным влиянием на окружающих. Будь то старший или молодой, мужчина или женщина, завидев его издали, притихали в ожидании: «Таймураз идет» – будто он сейчас проронит драгоценное слово. По труду была и честь: Таймураз не раз бывал на Выставке достижений народного хозяйства СССР в Москве, продукция колхоза получала золотые, серебряные и бронзовые медали ВДНХ, сам бригадир получил в подарок легковой автомобиль «Москвич». «Счастливый человек, – говорили о нем. – Живет по совести».
В семейной жизни Базиевых было такое взаимоуважение, что дети никогда не слышали от родителей слов на повышенных тонах. В доме стоял большой стол, места за которым каждый вечер занимали родные или соседи, вели беседы о событиях дня, о планах на завтра, вспоминали забавные истории из детства и юности. Случалось, и пели старинные песни, особенно заводилой в таком деле был художник Хаджумар Сабанов. Когда отца не стало, Таймураз, как старший в семье, заботился обо всех, крепко связывал родню, сажал во главе стола Мисират. Записывал в специальный блокнот новых родственников, чтобы не забыть никого. Кроме Базиевых в нем были Хосроевы, Сабановы, Цакоевы, Будаевы, Кардановы, Кодзасовы, Адырхаевы, Дзагоевы, Бароевы, Гаевы, Гуцунаевы, Бекуровы, Аликовы, Гамаевы…
На похоронах и поминках к его спокойной искренней речи прислушивались сотни людей. Незаменим был Таймураз Хамазаевич как организатор свадеб, кувдов, он строго следил за молодежью, чтобы вела себя красиво и достойно. В своих молитвах, как старший, обязательно просил «мира во всем мире». Молодые считали эти слова наивными, настолько они уверовали в нерушимость мира, завоеванного их предками в Великой Отечественной войне.
В конце 80-х – начале 90-х поколение победителей почувствовало себя преданым: рушилось советское государство, рушился и мир, потекли потоки беженцев. Трагические события в Пригородном районе осенью 1992 года… Батраз, прошедший самую страшную войну, был тяжело ранен в те дни. Судьба будто испытывала на прочность семью: у Таймураза и Хамисат умер старший сын Олег – подававший большие надежды врач. Многие шли выражать соболезнование. Пришли с соседней улицы и те, у кого была на завтра назначена свадьба. Обычно в таких случаях, соболезнуя, просят у семьи покойного разрешения на радостное мероприятие. Но из пришедших ни у кого не хватило решимости сказать эти слова. Когда они ушли, Таймураз Хамазаевич молча пошел к ним, заверив, что горе и радость в жизни рядом, предложил им разделить потоки людей на свадьбу и на похороны по разным маршрутам.
Откуда же Таймураз Хамазаевич черпал силы? Трудился в колхозе, пока он существовал, изучал новые формы хозяйствования, принимал активное участие в работе общественных организаций – совета ветеранов, ныхаса. Как-то одна из родственниц спросила Таймураза, который «не умел быть в отпуске»: «Без труда, наверное, и жить не сможешь?». «Не знаю, – отвечал он, – не пробовал». Любил мастерить у себя во дворе за верстаком, чем привлекал внимание внуков с миллионом вопросов. Говорил, что дети ему «скинули десяток лет». Может, и в этом был секрет его жизнестойкости? Впрочем, это качество присуще тому поколению. Сейчас братья Хаджисмел (Гята), Владимир, Созур, Мурат и сестра Валентина и новые поколения Базиевых чтут семейные и народные традиции.
Веяния времени, новые технологии стирают память целых поколений. Может, надо иногда вернуться «к точке возврата», к нравственным ориентирам и знаковым личностям, чтобы понять, что мы не так делаем? День Победы – одна такая точка.
Речь он вел о моем свекре – ветеране войны и труда, заслуженном работнике сельского хозяйства СО АССР, Почетном гражданине Пригородного района – Таймуразе Хамазаевиче БАЗИЕВЕ. Каждый год в канун 9 Мая, который он считал своим вторым днем рождения, мне хотелось рассказать о нем. И каждый раз робость меня сковывала… Недавно же услышала мудрый совет: «Ты пиши, как знаешь, а люди добавят!».
В селе Задалеск, в котором в конце ХIV века нашла приют легендарная Нана со спасенными ею от врагов осиротевшими детьми, жили веками люди, чей дух был закален суровыми условиями природы и тяжкого труда. Выработанная выносливость помогала горцам выстоять в труднейших жизненных ситуациях.
Сыновья Инала Базиева Георгий и Хамаза в Первой мировой войне служили в корпусе генерала Брусилова и были участниками знаменитого «Брусиловского прорыва». Вернувшись с войны в Задалеск, Хамаза женился на Анне Тагаевой; она родила ему троих сыновей и трех дочерей. В 43 года Хамаза овдовел, младшему сыну Гяте было 9 лет. Женился второй раз на молодой вдове Мисират Тавитовой, у которой было две дочери, и шестерых Базиевых она приняла, как родных. Родились во втором браке еще трое сыновей и дочь. Из десяти детей Базиевых старшая дочь умерла рано, остальные все вышли в люди… Благодаря общему трудолюбию семья никогда не бедствовала. Таймураз, как старший из сыновей, не по годам чувствовал себя ответственным за братьев и сестер. Именно он заботился о том, чтобы его младшие относились к Мисират с уважением, как к родной матери. После окончания средней школы стал трудиться в местном колхозе, и в домашнем хозяйстве он был правой рукой отца.
Грянула Великая Отечественная война. Никто из Базиевых не остался в стороне от священного долга по защите Родины. Первым пошел в военкомат второй сын Батраз, которому исполнилось 16! Он приписал себе два года и уже 1 августа 1941 г. был на фронте. Победу он встретил в Берлине, не раз был награжден за мужество и героизм, демобилизовался в 1948-м, а в 1952-м окончил пединститут и начал учительствовать… Вслед за юным добровольцем в августе 1941-го был призван отец семейства Хамаза – его мобилизовали на трудовой фронт для строительства оборонительных сооружений и других работ в многопрофильном фронтовом хозяйстве действующей Красной армии, в составе которой он дошел до Сталинграда. Умения и опыт, находчивость и изобретательность крестьянина-горца были высоко оценены. Хамаза был удостоен благодарностей от командования, а также награжден медалью «За оборону Сталинграда». В 1943-м по болезни его комиссовали. В Задалеске, чуть поправив здоровье, он вернулся в колхоз, где в основном женщины и подростки взвалили на свои плечи все трудовые тяготы под девизом «Все – для фронта, все – для Победы!».
Третьим на фронт из семьи Базиевых ушел Таймураз. Новый 1942 год он встретил уже в Красной армии в составе 295-го артиллерийского полка. Затем в 336-м стрелковом полку три месяца спустя принял присягу. Об этом рядовой Базиев написал в письме родным из Крыма, где участвовал в обороне Керчи – одной из самых трагических страниц Великой Отечественной войны. Больше от него вестей не было. Не было ни похоронки, ни извещения как о без вести пропавшем. Пропавшим без вести уже числился зять Базиевых Созур Хосроев, муж старшей дочери Шатаны.
А кровопролитные бои шли недалеко от Задалеска. Чикола и Хазнидон были оккупированы фашистами. Во время захоронения погибших защитников Хазнидона кто-то из жителей опознал в одном из них (хотя документов при нем не нашли) Таймураза – сына Хамаза Базиева. После освобождения сел в январе-феврале 1943-го хазнидонцы сообщили печальную весть Базиевым. Тело красноармейца, которого трудно было опознать, привезли в Задалеск. Мать семейства Мисират сразу обмолвилась: «Это не он!». Но одна из старших родственниц строго перебила ее: дескать, ты ему неродная, откуда тебе знать! И с траурными почестями похоронили солдата у родового склепа Базиевых. В течение года родня, как полагается по обычаю, справила все поминки. А вестей официальных так и не было…
Тогда Мисират решилась на шаг, который бы, узнай кто, осудили строго: сказав, что едет проведать родственницу, поехала в Кабарду к… ясновидящей. Она спросила женщину, жив ли ее сын Таймураз и вернется ли домой? Та раскинула бобы фасоли, помолчала, потом переспросила: «Кто он тебе? Не вижу кровного родства у тебя с ним». Мисират пояснила: «Он брат моих детей по отцу». Ясновидящая улыбнулась и закивала: «Жив он, жив, и вернется домой!». Окрыленная таким ответом, Мисират вернулась домой. Но каждый год по-матерински продолжала готовить поминальные два пирога безымянному солдату, погибшему под Хазнидоном.
Не верили в смерть Таймураза и его сестры. И случилось чудо: весной 1945-го сестра Ольга с подругой Хамисат Хосроевой зашли за почтой. Ольга схватила конверт, подписанный рукой Таймураза, – его почерк она знала до малейшей завитушки по последнему письму 1942-го! Он писал в апреле 45-го, что наступают и бьют ненавистного врага в его логове. Победу в составе соединений 1-го Белорусского фронта он встретил в г. Бранденбурге, где 1 мая водрузили Красное знамя. Он и не подозревал, что младший брат Батраз участвовал в те же дни во взятии Берлина, где в ночь на 1 мая и 2 мая были водружены знамена Победы над Рейхстагом и Бранденбургскими воротами.
Что же было с Таймуразом в те годы, пока родные считали его погибшим? Он разделил трагическую участь почти пяти миллионов советских солдат и офицеров, попавших в фашистский плен. Больше половины военнопленных, находившихся в концентрационных лагерях по всей Европе, погибли от каторжного труда, голода, болезней, издевательств, казней… Пройдя все круги ада, когда Таймуразу уже казалось – душа вот-вот покинет почти безжизненное тело, распахнулись ворота барака концлагеря, и солдат в советской военной форме по-русски поинтересовался, есть ли кто живой. Освобождение вдохнуло в него жизнь. Потому он считал день Победы своим вторым днем рождения. Таймуразу уже ничего не казалось страшным: ни полные ужаса глаза видавших виды врачей на медосмотрах, ни проверки и допросы органов СМЕРШ, ни грохот разрывов снарядов и бомб продолжавшихся боев. Когда в поведении рядового Базиева не было выявлено компрометирующих фактов, он получил разрешение продолжить службу в действующей армии.
Вернулся он в Задалеск через полтора года, под Новый 1947 год. Эти пять лет стали для него испытанием, которое он с честью выдержал (правда, о войне не говорил, мол, хвалиться ему нечем). Он пошел на родовое кладбище и убрал могильный памятник, на котором были выбиты его имя, отчество, фамилия и дата смерти – 1942 г. А безымянный солдат и сегодня на том погосте.
В селе устроили кувд в честь возвращения Таймураза. Вскоре он женился на скромной и милой Хамисат Хосроевой, передовой труженице тыла, которая ждала его возвращения с войны не меньше его родни. Однако, по воспоминаниям родни, зеркало, которое несли по обычаю перед невестой, упало и разбилось. Старшие обеспокоились: плохой знак! А молодежь, из атеистических воззрений не верившая в приметы, не придала этому факту особого значения – впереди ждала мирная и долгая счастливая жизнь!
Как у фронтовика, у Таймураза была возможность получить высшее образование: разрушенная страна остро нуждалась в профессиональных кадрах. Ускоренный годичный курс «Учетные работники ЦСУ СССР» окончил с отличием в 1948 г. Получил и вторую профессию – техника-строителя в 1951-м. Работал ответственно и безупречно на каждом участке. Тогда же молодые родители Базиевы испытали первое горе – умерла полуторагодовалая дочурка. К 1955 г. Таймураза наряду со многими специалистами направили в Пригородный район – поднимать сельское хозяйство. Временное жилье молодой семье, в которой были уже маленькие Зарема и Олег, предоставили в с. Куртате; там же позже родился и Сослан.
В колхозе имени Ленина Таймураз Хамазаевич работал с 1955 по 2004 год – бухгалтером, бригадиром…
Немногословный, с тонким чувством юмора, строгий, не имея высоких чинов, чрезвычайно скромный в быту, Таймураз обладал необыкновенным влиянием на окружающих. Будь то старший или молодой, мужчина или женщина, завидев его издали, притихали в ожидании: «Таймураз идет» – будто он сейчас проронит драгоценное слово. По труду была и честь: Таймураз не раз бывал на Выставке достижений народного хозяйства СССР в Москве, продукция колхоза получала золотые, серебряные и бронзовые медали ВДНХ, сам бригадир получил в подарок легковой автомобиль «Москвич». «Счастливый человек, – говорили о нем. – Живет по совести».
В семейной жизни Базиевых было такое взаимоуважение, что дети никогда не слышали от родителей слов на повышенных тонах. В доме стоял большой стол, места за которым каждый вечер занимали родные или соседи, вели беседы о событиях дня, о планах на завтра, вспоминали забавные истории из детства и юности. Случалось, и пели старинные песни, особенно заводилой в таком деле был художник Хаджумар Сабанов. Когда отца не стало, Таймураз, как старший в семье, заботился обо всех, крепко связывал родню, сажал во главе стола Мисират. Записывал в специальный блокнот новых родственников, чтобы не забыть никого. Кроме Базиевых в нем были Хосроевы, Сабановы, Цакоевы, Будаевы, Кардановы, Кодзасовы, Адырхаевы, Дзагоевы, Бароевы, Гаевы, Гуцунаевы, Бекуровы, Аликовы, Гамаевы…
На похоронах и поминках к его спокойной искренней речи прислушивались сотни людей. Незаменим был Таймураз Хамазаевич как организатор свадеб, кувдов, он строго следил за молодежью, чтобы вела себя красиво и достойно. В своих молитвах, как старший, обязательно просил «мира во всем мире». Молодые считали эти слова наивными, настолько они уверовали в нерушимость мира, завоеванного их предками в Великой Отечественной войне.
В конце 80-х – начале 90-х поколение победителей почувствовало себя преданым: рушилось советское государство, рушился и мир, потекли потоки беженцев. Трагические события в Пригородном районе осенью 1992 года… Батраз, прошедший самую страшную войну, был тяжело ранен в те дни. Судьба будто испытывала на прочность семью: у Таймураза и Хамисат умер старший сын Олег – подававший большие надежды врач. Многие шли выражать соболезнование. Пришли с соседней улицы и те, у кого была на завтра назначена свадьба. Обычно в таких случаях, соболезнуя, просят у семьи покойного разрешения на радостное мероприятие. Но из пришедших ни у кого не хватило решимости сказать эти слова. Когда они ушли, Таймураз Хамазаевич молча пошел к ним, заверив, что горе и радость в жизни рядом, предложил им разделить потоки людей на свадьбу и на похороны по разным маршрутам.
Откуда же Таймураз Хамазаевич черпал силы? Трудился в колхозе, пока он существовал, изучал новые формы хозяйствования, принимал активное участие в работе общественных организаций – совета ветеранов, ныхаса. Как-то одна из родственниц спросила Таймураза, который «не умел быть в отпуске»: «Без труда, наверное, и жить не сможешь?». «Не знаю, – отвечал он, – не пробовал». Любил мастерить у себя во дворе за верстаком, чем привлекал внимание внуков с миллионом вопросов. Говорил, что дети ему «скинули десяток лет». Может, и в этом был секрет его жизнестойкости? Впрочем, это качество присуще тому поколению. Сейчас братья Хаджисмел (Гята), Владимир, Созур, Мурат и сестра Валентина и новые поколения Базиевых чтут семейные и народные традиции.
Веяния времени, новые технологии стирают память целых поколений. Может, надо иногда вернуться «к точке возврата», к нравственным ориентирам и знаковым личностям, чтобы понять, что мы не так делаем? День Победы – одна такая точка.