Фото из открытых источников
Бывает и так
Эта реальная история случилась недавно. И она весьма курьезная. Как это у нас водится, группа родственников и их соседей на заказном автобусе выехала на 40-дневные поминки в Бухарово из Владикавказа.
Усопший, по отзывам, был хорошим человеком и достойным мужчиной, и, видимо, этот факт побудил выехавших основательно помянуть его на месте. Проявить максимум сострадания и соболезнования семье и почтить память умершего. Возможно, даже еще и дополнительно, в узком кругу, чтобы, видимо, и снять стресс от переживаний за уход из жизни хорошего человека.
Поэтому на обратном пути возник «тепленький» оживленный обмен мнениями и по поводу хорошей организации поминок, активного участия соседей умершего в помощи. А потом и на другие темы, в том числе о дороговизне товаров и глобальной политике.
За беседами время пролетело быстро, и на подъезде к городу кто-то обратил внимание на отсутствие Тамби, который ранее сидел близко к передней входной двери «ПАЗика». Это вызвало удивление и замешательство. Куда мог пропасть человек? Сидевший в передней части автобуса незнакомый мужчина, который присоединился к общей компании, видимо, еще с места поминок и который не выглядел выпившим в отличие от других, спросил:
– Вы говорите о том, кто сидел вон там? – показывая на опустевшее сидение.
– Да, кажется, там он сидел, – раздался ответ.
– Так он вышел еще в Лохово, где останавливался автобус, – сказал незнакомец. – Я посчитал, что он там живет.
– Да нет, он живет в городе, в частном секторе, на «планах», что ему делать в Лохово?
Возникла пауза, в ходе которой чувствовалось, что ехавшие по мере своих возможностей пытаются осмыслить непонятную ситуацию.
– Дома в Лохово чем-то напоминают особняки на «планах», – выразил догадку незнакомый пассажир. – Наверное, ваш товарищ обознался, решив, что он доехал до своего городского частного сектора.
Ситуация для команды ехавших показалась слишком сложной для выводов, и они вскоре забыли о ней, переключившись на знакомые улицы города, прицеливаясь, где кому удобнее выходить.
Мой отец пришел домой, когда уже стемнело. Выглядел он бодро, от него несло алкоголем, и он подшучивал, что говорило о его хорошем настроении. Но по прошествии времени, когда начал трезветь, на лице появилась задумчивость.
– Алик, – обратился он ко мне. – Если позвонит Хадижат, супруга Тамби, и попросит позвать меня к телефону, скажи, что я еще не приехал.
– Я не хочу обманывать тетушку Хадижат, – ответил я, опасаясь в дальнейшем неприятностей, если всплывет правда. Тем более, что недавно у меня с женщиной возникло недопонимание по схожей теме. Отец в ответ махнул рукой, мол, никакого с тебя толку.
Через некоторое время действительно раздался звонок домашнего телефона. Отец взял трубку и ответил.
– Борис, – послышался в трубке громкий голос Хадижат.
– Я не Борис, – ответил отец, пытаясь менять интонацию голоса. – Отец еще не приехал. Это Алик.
После некоторого молчания женщина с долей сомнения заметила: «Как у вас голоса похожи».
Было уже поздно, когда Хадижат позвонила опять, видимо, до других участников поездки так и не дозвонилась. Диалог повторился, почти слово в слово. Супругу Тамби можно было понять. Пропал человек, переживает за него.
Утром следующего дня трубку мы не поднимали. А ближе в обеду раздался звонок в квартиру. На пороге стоял Тамби. Весь растрепанный, костюм грязный, под глазом большой фингал.
На вопросы отвечал односложно. Подвез его какой-то парень. Где был – не помнит. Пытался зайти к себе домой, но его не пускал свояк Тазрет вместе с женой, а вдобавок еще избили.
– Какой Тазрет? – удивился отец. – Он же живет в Бухарово. Там мы его и оставили. А ты вышел в Лохово.
Но Тамби твердил свое. Нехорошими, мол, они людьми оказались.
Такая версия событий вызвала большое сомнение, человек чего-то путает. Нетрезвым был. В чей дом пытался зайти? Непонятно. Но как быть дальше? Идти домой, судя по всему, Тамби опасался. Жена у него строгая. Отец тоже не хотел с ней связываться. Поэтому стал успокаивать своего дальнего родственника, с которым частенько оказывался в одной компании. И передал того на мое попечение, поручив сопроводить его до дому.
Пришлось подчиниться, хотя очень не хотелось вести мужчину к месту, до которого было не так близко. Тамби «штормило», и на лестнице нашего многоквартирного дома он оступился, чуть не скатившись кубарем и задержался, уцепившись за куртку проходившей соседки. Но быстро сориентировался, воскликнув, повернувшись ко мне: зачем толкаешься?
Соседка с осуждением посмотрела на меня, а я не нашелся, что ответить, хотя даже не дотронулся до него. Вот находчивый! В общем, довел наконец мужчину до дома. Постучал по металлическим воротам и, когда заслышал шаги хозяйки, быстро ретировался, не желая оставаться свидетелем «разбора полетов».
А сам размышлял: в очень неприятную историю попал человек. И это еще ему повезло – нашлись добрые люди, доставившие его до города. Могло быть и намного хуже. А все из-за чрезмерной «сострадательности» по поводу ушедшего из жизни человека, с которым Тамби не так часто и общался. Как тут не вспомнить о «золотой середине»! Все-таки, много вокруг загадочных соблазнов, порой выходящих боком. Может быть, правы были наши предки, которые говорили, что память по усопшим требует скромности в поведении.
Возможно, кто-то скажет, что ситуация нормальная, жизнь – это приключения. Но я все же не уверен, что произошедшее – это приятное приключение для Тамби, и он будет с удовольствием его вспоминать. Хотя для кого-то другого это повод посмеяться.
Поэтому на обратном пути возник «тепленький» оживленный обмен мнениями и по поводу хорошей организации поминок, активного участия соседей умершего в помощи. А потом и на другие темы, в том числе о дороговизне товаров и глобальной политике.
За беседами время пролетело быстро, и на подъезде к городу кто-то обратил внимание на отсутствие Тамби, который ранее сидел близко к передней входной двери «ПАЗика». Это вызвало удивление и замешательство. Куда мог пропасть человек? Сидевший в передней части автобуса незнакомый мужчина, который присоединился к общей компании, видимо, еще с места поминок и который не выглядел выпившим в отличие от других, спросил:
– Вы говорите о том, кто сидел вон там? – показывая на опустевшее сидение.
– Да, кажется, там он сидел, – раздался ответ.
– Так он вышел еще в Лохово, где останавливался автобус, – сказал незнакомец. – Я посчитал, что он там живет.
– Да нет, он живет в городе, в частном секторе, на «планах», что ему делать в Лохово?
Возникла пауза, в ходе которой чувствовалось, что ехавшие по мере своих возможностей пытаются осмыслить непонятную ситуацию.
– Дома в Лохово чем-то напоминают особняки на «планах», – выразил догадку незнакомый пассажир. – Наверное, ваш товарищ обознался, решив, что он доехал до своего городского частного сектора.
Ситуация для команды ехавших показалась слишком сложной для выводов, и они вскоре забыли о ней, переключившись на знакомые улицы города, прицеливаясь, где кому удобнее выходить.
Мой отец пришел домой, когда уже стемнело. Выглядел он бодро, от него несло алкоголем, и он подшучивал, что говорило о его хорошем настроении. Но по прошествии времени, когда начал трезветь, на лице появилась задумчивость.
– Алик, – обратился он ко мне. – Если позвонит Хадижат, супруга Тамби, и попросит позвать меня к телефону, скажи, что я еще не приехал.
– Я не хочу обманывать тетушку Хадижат, – ответил я, опасаясь в дальнейшем неприятностей, если всплывет правда. Тем более, что недавно у меня с женщиной возникло недопонимание по схожей теме. Отец в ответ махнул рукой, мол, никакого с тебя толку.
Через некоторое время действительно раздался звонок домашнего телефона. Отец взял трубку и ответил.
– Борис, – послышался в трубке громкий голос Хадижат.
– Я не Борис, – ответил отец, пытаясь менять интонацию голоса. – Отец еще не приехал. Это Алик.
После некоторого молчания женщина с долей сомнения заметила: «Как у вас голоса похожи».
Было уже поздно, когда Хадижат позвонила опять, видимо, до других участников поездки так и не дозвонилась. Диалог повторился, почти слово в слово. Супругу Тамби можно было понять. Пропал человек, переживает за него.
Утром следующего дня трубку мы не поднимали. А ближе в обеду раздался звонок в квартиру. На пороге стоял Тамби. Весь растрепанный, костюм грязный, под глазом большой фингал.
На вопросы отвечал односложно. Подвез его какой-то парень. Где был – не помнит. Пытался зайти к себе домой, но его не пускал свояк Тазрет вместе с женой, а вдобавок еще избили.
– Какой Тазрет? – удивился отец. – Он же живет в Бухарово. Там мы его и оставили. А ты вышел в Лохово.
Но Тамби твердил свое. Нехорошими, мол, они людьми оказались.
Такая версия событий вызвала большое сомнение, человек чего-то путает. Нетрезвым был. В чей дом пытался зайти? Непонятно. Но как быть дальше? Идти домой, судя по всему, Тамби опасался. Жена у него строгая. Отец тоже не хотел с ней связываться. Поэтому стал успокаивать своего дальнего родственника, с которым частенько оказывался в одной компании. И передал того на мое попечение, поручив сопроводить его до дому.
Пришлось подчиниться, хотя очень не хотелось вести мужчину к месту, до которого было не так близко. Тамби «штормило», и на лестнице нашего многоквартирного дома он оступился, чуть не скатившись кубарем и задержался, уцепившись за куртку проходившей соседки. Но быстро сориентировался, воскликнув, повернувшись ко мне: зачем толкаешься?
Соседка с осуждением посмотрела на меня, а я не нашелся, что ответить, хотя даже не дотронулся до него. Вот находчивый! В общем, довел наконец мужчину до дома. Постучал по металлическим воротам и, когда заслышал шаги хозяйки, быстро ретировался, не желая оставаться свидетелем «разбора полетов».
А сам размышлял: в очень неприятную историю попал человек. И это еще ему повезло – нашлись добрые люди, доставившие его до города. Могло быть и намного хуже. А все из-за чрезмерной «сострадательности» по поводу ушедшего из жизни человека, с которым Тамби не так часто и общался. Как тут не вспомнить о «золотой середине»! Все-таки, много вокруг загадочных соблазнов, порой выходящих боком. Может быть, правы были наши предки, которые говорили, что память по усопшим требует скромности в поведении.
Возможно, кто-то скажет, что ситуация нормальная, жизнь – это приключения. Но я все же не уверен, что произошедшее – это приятное приключение для Тамби, и он будет с удовольствием его вспоминать. Хотя для кого-то другого это повод посмеяться.