ИЗ УЧИТЕЛЬСКОГО БЛОКНОТА
Это было в 1991 году. Мы, несколько учителей, народных депутатов СССР, членов Комитета Верховного Совета по науке и образованию, были приглашены в редакцию журнала «Новое время» на встречу с интереснейшим человеком – Симоном Львовичем Соловейчиком. Я ни на секунду не сомневалась в том, что все пройдет просто и с огромной пользой для каждого из нас. Еще бы! Он, обозреватель-колумнист важного еженедельника, побывал во многих зарубежных учебных заведениях и отразил свои впечатления в большой серии очерков о школьной жизни разных стран мира. А за его спиной не только филфак МГУ и преподавательский труд (он был учителем словесности), но и солиднейший журналистский путь – работа в журналах «Пионер», «Семья и школа», в «Комсомольской правде», «Неделе», «Литературной газете». Мы знали, что он – член Союзов журналистов и писателей, что он вел передачи на радиостанции «Маяк» («Я купил пластинку») и на центральном телевидении – «Час ученичества» и «Педагогика для всех».
А сколько он сделал для «Учительской газеты», которую возглавлял Владимир Федорович Матвеев! Это Симон Львович вместе с редактором организовывал встречи педагогов-экспериментаторов, которые буквально ворвались в нашу педагогику как новаторы и по-своему перевернули ее! Я прекрасно помню, как вместе со своими учениками «глотала» рубрику «Алые паруса» («Комсомольская правда»), с упоением читала его книги – «Мокрые под дождем», «Ватага «Семь ветров», наконец, «Час ученичества» и «Учение с увлечением». Нет, не просто читала, а многому училась у этого незаурядного человека.
Встреча с Соловейчиком там, в редакционной гостиной, действительно не обманула нас. Столько было нового, необычного, смелого, спорного, поистине новаторского!
А еще через несколько лет (это было уже в 2001 году) мне в руки попала необычная работа того же Симона Львовича (его уже не было в живых) – «Пушкинские проповеди: о нашей жизни, измеренной строками А. С. Пушкина». Почему проповеди? Наверное, оттого что здесь мы слышим страстный монолог о добре и зле, о свободе и справедливости, и на каждой странице открываются и уточняются нравственные основания человеческой жизни, находятся слова для растерянных, ищущих, даже отчаявшихся. А почему все-таки проповеди пушкинские? Вероятно, потому, что в поисках нравственных ориентиров нам всегда нужен камертон, какая-то чистая нота, в которой не было бы сомнений.
Симон Львович сказал однажды: «В вопросах этики и психологии Пушкин настолько точен, что, я думаю, и вы, читатель, согласитесь с утверждением: как у Пушкина – так правильно». Соловейчик часто обращается к знакомым строчкам из стихов или прозы великого поэта, и каждое обращение – это повод для откровенного разговора, это отдельная проповедь-размышление. Иногда всего несколько строк дают повод поговорить о многом. Тем более Пушкин всегда афористичен. Таких «проповедей» – пятьдесят четыре. Читать их желательно медленно, чтобы почувствовать вкус слова, чтобы проверить свое согласие или несогласие с мыслями автора и, наконец, чтобы просто продлить удовольствие от общения с настоящей литературой, которая заставляет думать и которой, к огромному сожалению, становится все меньше, некоторые из таких коротких шедевров мы предлагаем нашим читателям. Давайте же поразмышляем над ними вместе!
Но прежде еще несколько слов.
Я очень люблю читать все, что когда-либо было написано о Пушкине. Очевидно, потому, что обычно это бесконечно теплые строки, которые могут помочь глубже узнать того, кто заслуженно назван «началом всех начал» и «солнцем русской поэзии». Как-то, просматривая томик Владислава Ходасевича, в его «Колеблемом треножнике» я наткнулась на слова, которые вызвали самые разноречивые мысли: «Отодвинутый в «дым столетий», Пушкин восстанет там гигантским образом. Национальная гордость им выльется в несокрушимые, медные формы, – но той непосредственной близости, той задушевной нежности, с какою любили Пушкина мы, грядущие поколения знать не будут. Этого счастья им не будет дано. Лицо Пушкина они уже не увидят таким, каким мы его видим. Это таинственное лицо, лицо полубога, будет меняться, как порою, кажется, меняется бронзовое лицо статуи. И кто знает, что прочитают на нем грядущие люди, какие открытия они сделают в мире, созданном Пушкиным? Быть может, они разгадают то, что мы не разгадали. Но многое из того, что видели и любили мы, они уже не увидят...» Эти слова поэт «серебряного века» произнес в 1921 году, на заре прошлого столетия. Так неужели в них правда? И сегодня, в XXI веке, мы совсем иначе видим Пушкина? Но как? Как? Неужто только обожествляем? И, собственно, кто мы? Дети века прагматиков и скептиков или все же мечтатели и оптимисты? А может, и то и другое?
Все хорошо понимают, что именно пушкинские уроки достоинства, патриотизма, любви формировали нас с детства, учили лучше видеть окружающий мир и понимать его, не уродовать свою душу угодничеством, ощущать связь времен. Сегодня, когда, к сожалению, безжалостно попраны многие нравственные идеалы, пушкинская любовь к Отечеству, такая достойная и действенная, особенно привлекает. Поэт никогда не прятался от самых сложных вопросов, мужественно смотрел правде в лицо, был максимально самокритичен. Сколько же сделал для нас этот человек за свою такую недолгую жизнь! Сколько чудесных надежд подарил, сколько пробудит светлых мыслей!
Так пусть же все это всегда будет с нами!
А теперь можно познакомиться с «Пушкинскими проповедями». Здесь они представлены только четырьмя из пятидесяти четырех. Но очень хочется верить в том, что вы непременно прочитаете все. Думаю, что сделаете это с большим интересом и огромной пользой для себя.
О добрых чувствах
Еще раз вспомним сегодня пушкинскую строчку:
«...Что чувства добрые я лирой пробуждал».
Лирой – значит своими стихами, словами, песней. Лира – это старинный струнный инструмент, у лиры нежный звук. Поэтому лира – это значит и поэзия, а лирика – нежная, любовная поэзия.
Пушкин пробуждал в людях нежные, добрые чувства. Но что такое добрые чувства? Почему их надо пробуждать?
Они что – спят в нас? А если спят, то почему? Почему мы не можем всегда быть добрыми, испытывать одни только добрые чувства? Почему на свете так мало добрых чувств? Или, по крайней мере, меньше, чем хотелось бы каждому из нас?
Однажды ученые опросили много людей: скажите, пожалуйста, каким характером вы хотели бы обладать? Большинство ответило: «Я хотел бы быть твердым, решительным, чтобы никто не мог меня обмануть». Тогда спросили тех же людей: «А какими вы хотели бы видеть других?» И почти все ответили: «Добрыми».
Все хотят видеть доброту, добрые чувства, но не в себе, а в других.
Добрые чувства – это то, в чем все нуждаются, но не все могут проявить.
Доброе чувство – это богатство, щедрость души. Ведь слово «добро» означает и нечто хорошее в душе, и хороший поступок, и богатство, имущество: «Стали жить-поживать и добра наживать».
Добро – это богатство. А добро в душе? А добрые чувства?
Это тоже богатство! Богатство души. Добрый – как богатый. У доброго – богатая душа, он всегда может одарить человека любовью, вниманием, добрым словом. А у злого, у нищего душой на других любви не хватает, он любит лишь одного человека на свете – самого себя – и все время боится, как бы его не задели, как бы у него что-нибудь не отняли. Ему все люди кажутся плохими, он всегда злится на других – и добрых чувств в его душе становится все меньше и меньше. Он никого не любит, и от этого его тоже никто не любит.
Каждый легко может проверить, злой он человек или добрый. Если вам кажется, что все люди злые, значит, вы злой человек. Если вам кажется, что все люди добрые, значит, вы добрый человек, у вас есть в душе богатство. Есть добрые чувства.
Иногда говорят, что сейчас люди стали злее, чем они были раньше. Не верьте этому! Всегда были бедные и богатые, злые и добрые. Присмотритесь к себе: не спят ли ваши добрые чувства? К кому вы испытали сегодня доброе чувство? Как вы его проявили? Когда отдают деньги, их становится меньше. Когда проявляют добрые чувства – их становится больше. Становитесь богаче душой, щедро проявляйте добрые чувства! Вот о чем писал А. С. Пушкин.
О свободе
Пушкин жил в жестокий век. В жестокое время. Но что же противопоставлял он этому веку, о чем он мечтал, что прославлял? Свободу.
«...в мой жестокий век восславил я свободу.»
Почему это так? Почему во все времена лучшие люди мечтали именно о свободе, а не о чем-нибудь другом? Что же такое свобода, отчего она дороже всего на свете, а иногда дороже жизни?
И еще: почему не все люди это понимают, почему поэт восславлял свободу – почему она нуждается в прославлении? Ведь не нуждаются в прославлении счастье, солнце, жизнь. А свобода – нуждается.
Что такое свобода, знают или очень несвободные люди, или очень свободные. Несвободные мечтают о ней, свободные – ценят ее больше всего. И те, и другие готовы умереть за нее.
Несвобода – это когда человека угнетают. Когда он не может сам выбирать правительство, не имеет права говорить на своем языке; когда у него отнимают родную землю, родной дом, когда его хватают и сажают в тюрьму. А то и убивают лишь за то, что он призывал к свободе, когда человек не может жить там, где он хотел бы жить, не может говорить то, что он хотел бы говорить, – когда ему приходится жить в страхе.
Пока человек не вырос, он не может быть полностью свободным, этого не бывает. Он не зарабатывает на жизнь и поэтому вынужден подчиняться родителям, учителям, старшим – кто-то решает за него, как ему жить, где учиться, как вести себя.
Это нормально, с этим ничего не поделаешь. Полную свободу может получить только человек, который умеет и любит работать, и только в свободной стране.
Свободные страны обычно называют демократическими. Чем больше демократии в стране, тем свободнее чувствуют себя люди и тем больше они ценят свою свободу. Не слушайте людей с рабской душой, никогда не ругайте демократию и людей, которые мечтают о свободе и о свободной стране, добиваются свободы для всех, пусть даже у них это не всегда получается.
Свободу можно добыть, но самое трудное – научиться жить свободным человеком. Жить так, чтобы ты все делал по своей воле, но при этом не угнетал других, не ограничивал свободу других. Быть свободным за счет других – это значит быть самым подлым рабом. Свободен лишь тот, кто никого не угнетает, никому не мешает жить так, как он хочет, если и этот другой тоже не угнетает других, не применяет насилия, не лжет, не причиняет никому вреда.
Свобода рождается в спорах и столкновениях, это самое трудное слово в языке. Но запомним: ничего дороже свободы на Земле нет.
О народном признании
Прочитаем пушкинскую строку:
«И долго буду тем любезен я народу...»
Обычно говорят о любви человека к своему народу. Тех, кто сильно любит свой народ, свою страну, называют патриотами. Патриот – от латинского слова «патриа» – страна, Отечество. Патриот – хорошее слово.
Любовь к Отечеству – естественное для человека и потому прекрасное чувство. Правда, сейчас появились люди, которые сами называют себя патриотами и громко говорят о своей любви к народу, а в действительности народ не любят. Человек не должен говорить о себе, что он патриот; пусть о нем это скажут другие. Быть патриотом хорошо; гордиться своим патриотизмом – противно.
Пушкин очень любил Россию, но посмотрите, он говорит о другом: он мечтает заслужить любовь своего народа. Но он не произносит слова любовь, он говорит скромно: я буду любезен народу.
Мы живем каждый сам по себе, у каждого свои дела и заботы, своя работа, свой путь. Каждый ценен по-своему. Но есть высшее в жизни человека, высшая награда: народное признание.
Быть признанным народом, быть любезным народу – самая высокая награда, какую только может получить человек при жизни или после своей смерти.
Признание народа – это не то, что бывает с эстрадными звездами, например. Звезды получают известность. Их имена все знают, потому что они мелькают на экранах телевизоров и в названиях дисков. Их сначала любят, а потом забывают ради очередной звезды. Но подлинное признание получает тот, кто сделал действительно важное для своего народа. Пушкин был настоящий патриот, потому что он не говорил о своей любви к Родине, а очень много сделал для своего народа – это огромная разница.
Лишь немногие, лишь великие люди удостаиваются этой высшей, выше всех орденов и наград, чести – народного признания.
Но всякий честный и благородный человек стремится быть полезным своему народу, думает о народе, беспокоится за его судьбу, любит его и жалеет.
Понимаете ли? Можно жить просто для себя и для своей семьи, в этом нет ничего зазорного. Можно мечтать о богатстве, можно – об известности, о славе...
А можно с юности мечтать о том, чтобы сделать для своей страны что-то очень важное, стать полезным, прославить свой народ среди других народов мира. Больше того: кто в юности не мечтал о великом свершении, о великих делах и, может быть, о великой славе, тот, скорей всего, проживет довольно тусклую жизнь, даже если он вдруг разбогатеет.
Потому что такова душа человеческая – она рвется к великому, бесконечному, ей тесно в одном человеческом теле, она стремится объять все. Слава приходит не к каждому. Большинство людей остаются в неизвестности. Но каждый может жить так, чтобы быть достойным народного признания.
О нынешней молодежи
«А нынешняя молодежь так избаловалась, что ни на что не похоже...»
Вам приходилось слышать такие упреки? Конечно. Со всех сторон только и слышишь обвинения в адрес нынешней молодежи: избаловались, не хотят работать, ни о чем не думают, только о гулянках, не уважают старших, бездельничают...
Но слова, с которых мы начали, произносит не сердитая старуха на лавочке возле подъезда, а старый русский барин Гаврила Афанасьевич Ржевский из повести Пушкина «Арап Петра Великого». Говорит он это в самом начале XVIII века.
Вон когда избаловалась молодежь – еще три века назад!
А можно было бы найти такие же слова и в шумерской рукописи, созданной сорок веков назад. Сколько мир стоит, столько люди жалуются на молодых, на молодежь. А разве вы сами, глядя на ребят двумя классами моложе вас и возмущаясь ими, не говорите: «Мы были не такие»?
Вероятно, это закон жизни: старшие жалуются на младших. А сердиться на законы жизни, по крайней мере, нелепо – их не переменишь. Так было, так и будет.
Сегодня – ваша очередь быть молодыми, значит, ваша очередь терпеть упреки старших, независимо от того, справедливы они или несправедливы. Будем терпеливы к старшим, особенно к очень старым людям, будем относиться к ним, как умные люди – доброжелательно и слегка снисходительно. Не стоит вступать в споры, не стоит ничего доказывать: старшие имеют право на эти упреки, это привилегия старости – ворчать на нынешнюю молодежь. Вы станете старыми – и вы будете возмущаться, как Гаврила Афанасьевич Ржевский – не путайте почтенного барина с поручиком Ржевским из анекдотов. Но, терпеливо принимая положенные упреки, будем думать и о другом. Вы сейчас молоды, вы относитесь к тому поколению, которое сегодня называют словом «молодежь». Ваша молодость пришлась на самое острое, самое сложное время в истории России. Многое из того, что вы видите и что у вас есть, старшие не видели и не имели. Во многих отношениях вы первые, о вас потом будут говорить с уважением и даже с восхищением – вы прокладываете дорогу будущим молодым. Давайте же вместе поддерживать честь нынешнего молодого поколения, чтобы потом о вас сказали: «Они ни на кого не похожи», но сказали это с уважением.
Встреча с Соловейчиком там, в редакционной гостиной, действительно не обманула нас. Столько было нового, необычного, смелого, спорного, поистине новаторского!
А еще через несколько лет (это было уже в 2001 году) мне в руки попала необычная работа того же Симона Львовича (его уже не было в живых) – «Пушкинские проповеди: о нашей жизни, измеренной строками А. С. Пушкина». Почему проповеди? Наверное, оттого что здесь мы слышим страстный монолог о добре и зле, о свободе и справедливости, и на каждой странице открываются и уточняются нравственные основания человеческой жизни, находятся слова для растерянных, ищущих, даже отчаявшихся. А почему все-таки проповеди пушкинские? Вероятно, потому, что в поисках нравственных ориентиров нам всегда нужен камертон, какая-то чистая нота, в которой не было бы сомнений.
Симон Львович сказал однажды: «В вопросах этики и психологии Пушкин настолько точен, что, я думаю, и вы, читатель, согласитесь с утверждением: как у Пушкина – так правильно». Соловейчик часто обращается к знакомым строчкам из стихов или прозы великого поэта, и каждое обращение – это повод для откровенного разговора, это отдельная проповедь-размышление. Иногда всего несколько строк дают повод поговорить о многом. Тем более Пушкин всегда афористичен. Таких «проповедей» – пятьдесят четыре. Читать их желательно медленно, чтобы почувствовать вкус слова, чтобы проверить свое согласие или несогласие с мыслями автора и, наконец, чтобы просто продлить удовольствие от общения с настоящей литературой, которая заставляет думать и которой, к огромному сожалению, становится все меньше, некоторые из таких коротких шедевров мы предлагаем нашим читателям. Давайте же поразмышляем над ними вместе!
Но прежде еще несколько слов.
Я очень люблю читать все, что когда-либо было написано о Пушкине. Очевидно, потому, что обычно это бесконечно теплые строки, которые могут помочь глубже узнать того, кто заслуженно назван «началом всех начал» и «солнцем русской поэзии». Как-то, просматривая томик Владислава Ходасевича, в его «Колеблемом треножнике» я наткнулась на слова, которые вызвали самые разноречивые мысли: «Отодвинутый в «дым столетий», Пушкин восстанет там гигантским образом. Национальная гордость им выльется в несокрушимые, медные формы, – но той непосредственной близости, той задушевной нежности, с какою любили Пушкина мы, грядущие поколения знать не будут. Этого счастья им не будет дано. Лицо Пушкина они уже не увидят таким, каким мы его видим. Это таинственное лицо, лицо полубога, будет меняться, как порою, кажется, меняется бронзовое лицо статуи. И кто знает, что прочитают на нем грядущие люди, какие открытия они сделают в мире, созданном Пушкиным? Быть может, они разгадают то, что мы не разгадали. Но многое из того, что видели и любили мы, они уже не увидят...» Эти слова поэт «серебряного века» произнес в 1921 году, на заре прошлого столетия. Так неужели в них правда? И сегодня, в XXI веке, мы совсем иначе видим Пушкина? Но как? Как? Неужто только обожествляем? И, собственно, кто мы? Дети века прагматиков и скептиков или все же мечтатели и оптимисты? А может, и то и другое?
Все хорошо понимают, что именно пушкинские уроки достоинства, патриотизма, любви формировали нас с детства, учили лучше видеть окружающий мир и понимать его, не уродовать свою душу угодничеством, ощущать связь времен. Сегодня, когда, к сожалению, безжалостно попраны многие нравственные идеалы, пушкинская любовь к Отечеству, такая достойная и действенная, особенно привлекает. Поэт никогда не прятался от самых сложных вопросов, мужественно смотрел правде в лицо, был максимально самокритичен. Сколько же сделал для нас этот человек за свою такую недолгую жизнь! Сколько чудесных надежд подарил, сколько пробудит светлых мыслей!
Так пусть же все это всегда будет с нами!
А теперь можно познакомиться с «Пушкинскими проповедями». Здесь они представлены только четырьмя из пятидесяти четырех. Но очень хочется верить в том, что вы непременно прочитаете все. Думаю, что сделаете это с большим интересом и огромной пользой для себя.
О добрых чувствах
Еще раз вспомним сегодня пушкинскую строчку:
«...Что чувства добрые я лирой пробуждал».
Лирой – значит своими стихами, словами, песней. Лира – это старинный струнный инструмент, у лиры нежный звук. Поэтому лира – это значит и поэзия, а лирика – нежная, любовная поэзия.
Пушкин пробуждал в людях нежные, добрые чувства. Но что такое добрые чувства? Почему их надо пробуждать?
Они что – спят в нас? А если спят, то почему? Почему мы не можем всегда быть добрыми, испытывать одни только добрые чувства? Почему на свете так мало добрых чувств? Или, по крайней мере, меньше, чем хотелось бы каждому из нас?
Однажды ученые опросили много людей: скажите, пожалуйста, каким характером вы хотели бы обладать? Большинство ответило: «Я хотел бы быть твердым, решительным, чтобы никто не мог меня обмануть». Тогда спросили тех же людей: «А какими вы хотели бы видеть других?» И почти все ответили: «Добрыми».
Все хотят видеть доброту, добрые чувства, но не в себе, а в других.
Добрые чувства – это то, в чем все нуждаются, но не все могут проявить.
Доброе чувство – это богатство, щедрость души. Ведь слово «добро» означает и нечто хорошее в душе, и хороший поступок, и богатство, имущество: «Стали жить-поживать и добра наживать».
Добро – это богатство. А добро в душе? А добрые чувства?
Это тоже богатство! Богатство души. Добрый – как богатый. У доброго – богатая душа, он всегда может одарить человека любовью, вниманием, добрым словом. А у злого, у нищего душой на других любви не хватает, он любит лишь одного человека на свете – самого себя – и все время боится, как бы его не задели, как бы у него что-нибудь не отняли. Ему все люди кажутся плохими, он всегда злится на других – и добрых чувств в его душе становится все меньше и меньше. Он никого не любит, и от этого его тоже никто не любит.
Каждый легко может проверить, злой он человек или добрый. Если вам кажется, что все люди злые, значит, вы злой человек. Если вам кажется, что все люди добрые, значит, вы добрый человек, у вас есть в душе богатство. Есть добрые чувства.
Иногда говорят, что сейчас люди стали злее, чем они были раньше. Не верьте этому! Всегда были бедные и богатые, злые и добрые. Присмотритесь к себе: не спят ли ваши добрые чувства? К кому вы испытали сегодня доброе чувство? Как вы его проявили? Когда отдают деньги, их становится меньше. Когда проявляют добрые чувства – их становится больше. Становитесь богаче душой, щедро проявляйте добрые чувства! Вот о чем писал А. С. Пушкин.
О свободе
Пушкин жил в жестокий век. В жестокое время. Но что же противопоставлял он этому веку, о чем он мечтал, что прославлял? Свободу.
«...в мой жестокий век восславил я свободу.»
Почему это так? Почему во все времена лучшие люди мечтали именно о свободе, а не о чем-нибудь другом? Что же такое свобода, отчего она дороже всего на свете, а иногда дороже жизни?
И еще: почему не все люди это понимают, почему поэт восславлял свободу – почему она нуждается в прославлении? Ведь не нуждаются в прославлении счастье, солнце, жизнь. А свобода – нуждается.
Что такое свобода, знают или очень несвободные люди, или очень свободные. Несвободные мечтают о ней, свободные – ценят ее больше всего. И те, и другие готовы умереть за нее.
Несвобода – это когда человека угнетают. Когда он не может сам выбирать правительство, не имеет права говорить на своем языке; когда у него отнимают родную землю, родной дом, когда его хватают и сажают в тюрьму. А то и убивают лишь за то, что он призывал к свободе, когда человек не может жить там, где он хотел бы жить, не может говорить то, что он хотел бы говорить, – когда ему приходится жить в страхе.
Пока человек не вырос, он не может быть полностью свободным, этого не бывает. Он не зарабатывает на жизнь и поэтому вынужден подчиняться родителям, учителям, старшим – кто-то решает за него, как ему жить, где учиться, как вести себя.
Это нормально, с этим ничего не поделаешь. Полную свободу может получить только человек, который умеет и любит работать, и только в свободной стране.
Свободные страны обычно называют демократическими. Чем больше демократии в стране, тем свободнее чувствуют себя люди и тем больше они ценят свою свободу. Не слушайте людей с рабской душой, никогда не ругайте демократию и людей, которые мечтают о свободе и о свободной стране, добиваются свободы для всех, пусть даже у них это не всегда получается.
Свободу можно добыть, но самое трудное – научиться жить свободным человеком. Жить так, чтобы ты все делал по своей воле, но при этом не угнетал других, не ограничивал свободу других. Быть свободным за счет других – это значит быть самым подлым рабом. Свободен лишь тот, кто никого не угнетает, никому не мешает жить так, как он хочет, если и этот другой тоже не угнетает других, не применяет насилия, не лжет, не причиняет никому вреда.
Свобода рождается в спорах и столкновениях, это самое трудное слово в языке. Но запомним: ничего дороже свободы на Земле нет.
О народном признании
Прочитаем пушкинскую строку:
«И долго буду тем любезен я народу...»
Обычно говорят о любви человека к своему народу. Тех, кто сильно любит свой народ, свою страну, называют патриотами. Патриот – от латинского слова «патриа» – страна, Отечество. Патриот – хорошее слово.
Любовь к Отечеству – естественное для человека и потому прекрасное чувство. Правда, сейчас появились люди, которые сами называют себя патриотами и громко говорят о своей любви к народу, а в действительности народ не любят. Человек не должен говорить о себе, что он патриот; пусть о нем это скажут другие. Быть патриотом хорошо; гордиться своим патриотизмом – противно.
Пушкин очень любил Россию, но посмотрите, он говорит о другом: он мечтает заслужить любовь своего народа. Но он не произносит слова любовь, он говорит скромно: я буду любезен народу.
Мы живем каждый сам по себе, у каждого свои дела и заботы, своя работа, свой путь. Каждый ценен по-своему. Но есть высшее в жизни человека, высшая награда: народное признание.
Быть признанным народом, быть любезным народу – самая высокая награда, какую только может получить человек при жизни или после своей смерти.
Признание народа – это не то, что бывает с эстрадными звездами, например. Звезды получают известность. Их имена все знают, потому что они мелькают на экранах телевизоров и в названиях дисков. Их сначала любят, а потом забывают ради очередной звезды. Но подлинное признание получает тот, кто сделал действительно важное для своего народа. Пушкин был настоящий патриот, потому что он не говорил о своей любви к Родине, а очень много сделал для своего народа – это огромная разница.
Лишь немногие, лишь великие люди удостаиваются этой высшей, выше всех орденов и наград, чести – народного признания.
Но всякий честный и благородный человек стремится быть полезным своему народу, думает о народе, беспокоится за его судьбу, любит его и жалеет.
Понимаете ли? Можно жить просто для себя и для своей семьи, в этом нет ничего зазорного. Можно мечтать о богатстве, можно – об известности, о славе...
А можно с юности мечтать о том, чтобы сделать для своей страны что-то очень важное, стать полезным, прославить свой народ среди других народов мира. Больше того: кто в юности не мечтал о великом свершении, о великих делах и, может быть, о великой славе, тот, скорей всего, проживет довольно тусклую жизнь, даже если он вдруг разбогатеет.
Потому что такова душа человеческая – она рвется к великому, бесконечному, ей тесно в одном человеческом теле, она стремится объять все. Слава приходит не к каждому. Большинство людей остаются в неизвестности. Но каждый может жить так, чтобы быть достойным народного признания.
О нынешней молодежи
«А нынешняя молодежь так избаловалась, что ни на что не похоже...»
Вам приходилось слышать такие упреки? Конечно. Со всех сторон только и слышишь обвинения в адрес нынешней молодежи: избаловались, не хотят работать, ни о чем не думают, только о гулянках, не уважают старших, бездельничают...
Но слова, с которых мы начали, произносит не сердитая старуха на лавочке возле подъезда, а старый русский барин Гаврила Афанасьевич Ржевский из повести Пушкина «Арап Петра Великого». Говорит он это в самом начале XVIII века.
Вон когда избаловалась молодежь – еще три века назад!
А можно было бы найти такие же слова и в шумерской рукописи, созданной сорок веков назад. Сколько мир стоит, столько люди жалуются на молодых, на молодежь. А разве вы сами, глядя на ребят двумя классами моложе вас и возмущаясь ими, не говорите: «Мы были не такие»?
Вероятно, это закон жизни: старшие жалуются на младших. А сердиться на законы жизни, по крайней мере, нелепо – их не переменишь. Так было, так и будет.
Сегодня – ваша очередь быть молодыми, значит, ваша очередь терпеть упреки старших, независимо от того, справедливы они или несправедливы. Будем терпеливы к старшим, особенно к очень старым людям, будем относиться к ним, как умные люди – доброжелательно и слегка снисходительно. Не стоит вступать в споры, не стоит ничего доказывать: старшие имеют право на эти упреки, это привилегия старости – ворчать на нынешнюю молодежь. Вы станете старыми – и вы будете возмущаться, как Гаврила Афанасьевич Ржевский – не путайте почтенного барина с поручиком Ржевским из анекдотов. Но, терпеливо принимая положенные упреки, будем думать и о другом. Вы сейчас молоды, вы относитесь к тому поколению, которое сегодня называют словом «молодежь». Ваша молодость пришлась на самое острое, самое сложное время в истории России. Многое из того, что вы видите и что у вас есть, старшие не видели и не имели. Во многих отношениях вы первые, о вас потом будут говорить с уважением и даже с восхищением – вы прокладываете дорогу будущим молодым. Давайте же вместе поддерживать честь нынешнего молодого поколения, чтобы потом о вас сказали: «Они ни на кого не похожи», но сказали это с уважением.