Жизнь, прожитая под овации зрителей
На 82-м году жизни скончался народный артист Северной Осетии Дзамболат Царгасов. Прощание в выдающимся актером прошло в стенах Северо-Осетинского государственного академического театра им. В. Тхапсаева.
Сцена со школьной скамьи стала его заветной мечтой, а мечта благодаря настойчивости воплотилась в призвание всей жизни. Упорный в достижении цели юноша с пятой попытки поступил в Театральное училище им. Щукина при Театре им. Вахтангова в Москве и блестяще окончил его, впитав в себя все лучшее от отечественной театральной школы. Около 50 лет посвятил актер родной осетинской сцене. Народную любовь Дзамболат Царгасов снискал блестяще сыгранной главной ролью в спектакле «Свадьба Цола». Кроме того, снимался в нескольких фильмах: «И оглянулся путник», «Буйный Терек», «Ах, любовь!».
Проститься с кумиром пришли сотни людей: представители министерств, ведомств, театрального сообщества, деятели культуры республики, общественность, родные и близкие актера, почитатели его таланта.
Заслуженный артист Российской Федерации и Северной Осетии Тамерлан Сабанов отметил, что Царгасов снискал любовь и уважение в народе.
«Он был замечательным человеком. Среди друзей был каждому как брат, младшим – как отец, а совсем малышам – как дедушка».
В свою очередь генерал-майор в отставке Сослан Сикоев подчеркнул, что Дзамболат Царгасов – это человек, который оставил глубокий след в жизни многих.
«Мы с друзьями всегда желали, чтобы он был с нами. Даже спорили, кто ему позвонит, и к кому он приедет. Для нас была великая честь находиться с ним рядом, но, к сожалению, у него часто не хватало времени на всех», – сказал он.
В последний путь любимого Цола проводили под нескончаемые аплодисменты собравшихся.
Проститься с кумиром пришли сотни людей: представители министерств, ведомств, театрального сообщества, деятели культуры республики, общественность, родные и близкие актера, почитатели его таланта.
Заслуженный артист Российской Федерации и Северной Осетии Тамерлан Сабанов отметил, что Царгасов снискал любовь и уважение в народе.
«Он был замечательным человеком. Среди друзей был каждому как брат, младшим – как отец, а совсем малышам – как дедушка».
В свою очередь генерал-майор в отставке Сослан Сикоев подчеркнул, что Дзамболат Царгасов – это человек, который оставил глубокий след в жизни многих.
«Мы с друзьями всегда желали, чтобы он был с нами. Даже спорили, кто ему позвонит, и к кому он приедет. Для нас была великая честь находиться с ним рядом, но, к сожалению, у него часто не хватало времени на всех», – сказал он.
В последний путь любимого Цола проводили под нескончаемые аплодисменты собравшихся.
Наш Цола
Он был не просто народным артистом, он был всеобщим любимцем публики. Яркий и неординарный, он заставлял улыбаться зрителей и вызывал у них самые хорошие эмоции.Наш Цола... Его так и называли, и всем было понятно, о ком идет речь.
Лолита МАМИЕВА
Дзамболат Царгасов… Артист, чей выход на сцену без слов мог вызвать аплодисменты и смех, что говорит о его редком артистическом даровании. Да, может он и остался в границах своего комедийного актерского амплуароли Цола, несмотря на большое количество созданных сценических образов. Но именно он с его характерной манерой говорить вдохнул жизнь в образ остроумного весельчака в одноименном спектакле «Цола» и в его продолжении «Свадьба Цола» по пьесе Георгия Чеджемова.
«На эту роль готовили и Анатолия Дзиваева, и Эдика Тигиева, Инала Еналдиева, но сыграл его почему-то я», – вспоминал позже Дзамболат Муссаевич.
Выпускник Щукинского театрального училища, он поступил туда самостоятельно, а не в составе студии, его очень ценили педагоги и сокурсники. Сразу после окончания он пришел в Осетинский театр и остался в нем на целых полвека, до последнего своего вздоха оставаясь верным служителем сцены.
«Последний раз после болезни Дзамболат приходил в театр на свое 81-летие. Ради этого его дочь Альбина специально прилетела из Москвы и попросила меня помочь собрать коллектив. Это было желание Дзамболата: отметить свой день рождения в кругу коллег. Он тогда подолгу разглядывал портреты артистов в фойе и тех, кто сидел за столом, как будто чувствовал, что больше не увидит их. Он очень любил театр, вживался в образ своего героя. И всегда оставался настоящим мужчиной, никогда не показывал, что ему плохо, что в жизни у него что-то не складывается. Я бы хотела поблагодарить его дочерей Альбину и младшую Залину, ее он называл Дзико, она ухаживала за ним. Альбина даже хотела его забрать в Москву, чтобы он был все время рядом, но Дзамболат не захотел», – рассказывает завтруппой Осетинского театра, заслуженный работник РСО–А Зара Елоева.
Стиляга, с которым советовались артисты театра, как сочетать цвета и одежду. По мнению народного артиста РСО–А Владимира Кумалагова – это был человек с крепким внутренним стержнем и глубокий трагедийный актер.
«К сожалению, роль Цола словно перечеркнула другие грани его актерского таланта. Джамбот, как мы его называли в театре, всегда находил какие-то глубинные смыслы в своих героях, краски и акценты, чем немало меня удивлял. Помню, как в спектакле «Азау и Таймураз» в сцене, где лежат погибшие молодые герои, он произносил всего одну лишь фразу: «Идет к своему дитя Мистала» («Ёрбацауы йё хъёбулмё Мистъала»), в зале раздавлся смех – зрители хотели видеть в нем только Цола. А ведь он мог бы превзойти самых лучших трагедийных актеров. Со спектаклем «Баком мын, Сёниат» («Выходи за меня, Саниат») по пьесе Асахмата Айларова мы несколько раз объездили чуть ли не все села в Осетии. И всегда зрители интересовались, а Цола там будет? И без преувеличения скажу, если да – то зритель с большим удовольствием приходил к нам».
«Это был партнер, который слышал и слушал. Очень помогал на сцене, не перетягивал внимание на себя. Когда я поставила детскую сказку «Теремок», он тепло и искренне похвалил меня. Был очень добрым. Когда обновили спектакль «Цола», то пришел и смотрел работу актеров, при этом не критиковал, а по-дружески направлял и подсказывал. Всегда делился опытом с молодыми актерами», – вспоминает народная артистка республики Диана Черчесова.
В последний путь артиста проводили из Осетинского театра, под аплодисменты коллег и почитателей его таланта, с почестями, как и подобает артисту, отдавшему свое сердце театру и зрителям.
Фото Дианы ДЖИОЕВОЙ
«На эту роль готовили и Анатолия Дзиваева, и Эдика Тигиева, Инала Еналдиева, но сыграл его почему-то я», – вспоминал позже Дзамболат Муссаевич.
Выпускник Щукинского театрального училища, он поступил туда самостоятельно, а не в составе студии, его очень ценили педагоги и сокурсники. Сразу после окончания он пришел в Осетинский театр и остался в нем на целых полвека, до последнего своего вздоха оставаясь верным служителем сцены.
«Последний раз после болезни Дзамболат приходил в театр на свое 81-летие. Ради этого его дочь Альбина специально прилетела из Москвы и попросила меня помочь собрать коллектив. Это было желание Дзамболата: отметить свой день рождения в кругу коллег. Он тогда подолгу разглядывал портреты артистов в фойе и тех, кто сидел за столом, как будто чувствовал, что больше не увидит их. Он очень любил театр, вживался в образ своего героя. И всегда оставался настоящим мужчиной, никогда не показывал, что ему плохо, что в жизни у него что-то не складывается. Я бы хотела поблагодарить его дочерей Альбину и младшую Залину, ее он называл Дзико, она ухаживала за ним. Альбина даже хотела его забрать в Москву, чтобы он был все время рядом, но Дзамболат не захотел», – рассказывает завтруппой Осетинского театра, заслуженный работник РСО–А Зара Елоева.
Стиляга, с которым советовались артисты театра, как сочетать цвета и одежду. По мнению народного артиста РСО–А Владимира Кумалагова – это был человек с крепким внутренним стержнем и глубокий трагедийный актер.
«К сожалению, роль Цола словно перечеркнула другие грани его актерского таланта. Джамбот, как мы его называли в театре, всегда находил какие-то глубинные смыслы в своих героях, краски и акценты, чем немало меня удивлял. Помню, как в спектакле «Азау и Таймураз» в сцене, где лежат погибшие молодые герои, он произносил всего одну лишь фразу: «Идет к своему дитя Мистала» («Ёрбацауы йё хъёбулмё Мистъала»), в зале раздавлся смех – зрители хотели видеть в нем только Цола. А ведь он мог бы превзойти самых лучших трагедийных актеров. Со спектаклем «Баком мын, Сёниат» («Выходи за меня, Саниат») по пьесе Асахмата Айларова мы несколько раз объездили чуть ли не все села в Осетии. И всегда зрители интересовались, а Цола там будет? И без преувеличения скажу, если да – то зритель с большим удовольствием приходил к нам».
«Это был партнер, который слышал и слушал. Очень помогал на сцене, не перетягивал внимание на себя. Когда я поставила детскую сказку «Теремок», он тепло и искренне похвалил меня. Был очень добрым. Когда обновили спектакль «Цола», то пришел и смотрел работу актеров, при этом не критиковал, а по-дружески направлял и подсказывал. Всегда делился опытом с молодыми актерами», – вспоминает народная артистка республики Диана Черчесова.
В последний путь артиста проводили из Осетинского театра, под аплодисменты коллег и почитателей его таланта, с почестями, как и подобает артисту, отдавшему свое сердце театру и зрителям.
Фото Дианы ДЖИОЕВОЙ