Мелодия камней и символов

А вот туристы и неместные машины останавливаются непременно. Останавливаются, подходят, к необычному объекту, который все называют стелой, фотографируют его, делают селфи. Собственно, стела это, или что-то другое, вопрос не очень легкий. По форме строение не вписывается в традиционное определение «стела». В этом убеждаешься, читая в словарях статьи о значении этого слова и рассматривая сооружение. Мы видим, что у нас это не «вертикально стоящая каменная плита или деревянный столб с высеченными текстами или изображениями». Впрочем, автор проекта, прославленный скульптор Владимир Соскиев, академик Российской академии художеств не впервые ломает стереотипы, и не не для того чтобы просто разрушить что-то, а чтобы дать место новому, нестандартному.

Для новой работы мастера мы тоже не нашли более подходящего понятия, чем стела. Хотя видим, что автор наполняет его новым содержанием, новыми формами. Проезжающие с неподдельным интересом рассматривают композицию и, вычислив местных, как правило, задают им вопросы. Много вопросов, на которые местным и самим не всегда легко ответить. Так было и в день открытия объекта. Автор данных строк с группой односельчан стоял на площадке, где должен был состояться митинг. Мы ждали, когда соберутся участники торжества – сельчане и гости, которых ожидалось много. В тот день в селе устраивался еще и куывд (пир) в честь Уасгерги (Уастырджи).

Возле нас остановился большой автобус, до отказа наполненный людьми, мы приняли их за гостей и уже направились – было встречать их. Но, когда из машины вышли люди, из которых мы не узнали ни одного, которые, не обращая на нас ни малейшего внимания, окружили своего гида, довольно молодого парня, и засыпали его вопросами, нам стало ясно, что это туристы. Прислушались к ним. Глядя на шумливую толпу, слушая отдельные высказывания людей, вникая в их вопросы, мы подумали, что подобные вопросы будут задавать многие, и решили ответить на часть из них. Как нам кажется, разъяснения могут быть интересны не только тем, кто их задавал.

ЧТО ЭТО?

Конечно, стела, но работа трансцендентная, выходит за пределы четко очерченных границ этого определения. Таково все творчество Владимира Соскиева. Недаром даже искушенные искусствоведы разных стран не могут прийти к общему мнению в вопросе о том, в каком стиле работает Маэстро скульптуры. Какому художественному течению в искусстве он отдает предпочтение? Кто-то говорит о реализме, кто-то о псевдопримитивизме, о «наиве», о модерне или еще о чем-то. Но большинство исследователей творчества скульптора отмечают, что он отлично знает все течения и направления в искусстве прошлого и настоящего, свободно и уместно использует их элементы и приемы в своем творчестве, но замыкаться в рамках одного какого-либо «модного» течения, не собирается. У него свой собственный стиль, своя манера ваяния, свой почерк, который ни с кем не спутаешь. Он виртуозно пользуется множеством художественно-изобразительных приемов. Чаще всего коллеги по цеху называют его непревзойденным мастером аллегории. Впрочем, и символы занимают в его творчестве не второстепенное место. Обычно не внешние детали интересуют его. Не все фрагменты композиций он лепит скрупулезно, не воспроизводит точно, до мелочей все, что видит. Наоборот, старается все неглавное приглушить. Убежден, что фотографическая точность изображения деталей не способствует созданию полноценного образа. Наоборот, излишняя концентрация мелочей отвлекает зрителей от основной идеи произведения, мешает зрителю сосредоточиться на главном. Опираясь на глубокое знание характера и души народа, на свой богатый жизненный опыт, отображает внутренний мир своих героев. Скуп на мелочи, но коли он выделяет какую-либо деталь, будьте уверены, она не просто важна. Она стреляет метко, раскрывая идею произведения, приковывает к себе взор зрителя.

ПОЧЕМУ СТЕЛА УСТАНОВЛЕНА ИМЕННО В СУРХ-ДИГОРЕ?

Владимир Соскиев – выходец из этого села. Родился и вырос здесь. Окончил школу. И, хотя долгое время живет и работает в Москве, не один год жил и работал в Париже, объездил полмира, никогда не прерывал тесных связей с Осетией, родным селом, друзьями, родственниками. К теме Сурх-Дигоры и Осетии он обращается в своем творчестве постоянно. Характерно, что среди многочисленных наград и премий, которых он удостоен разными странами, он выделяет звания «Почетного гражданина села Сурх-Дигора» и «Почетного гражданина РСО–А». К сожалению, рамки газетной статьи не позволяют подробно остановиться на его работах, посвященных Осетии, родному селу, землякам, но их перечень очень солиден. И находятся эти работы не столько в Осетии, сколько в главных музеях и частных коллекциях России и многих стран мира.

КАК ЗАРОДИЛАСЬ ИДЕЯ СОЗДАНИЯ ДАННОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ?

В 2026 году исполняется 95 лет со дня основания Сурх-Дигоры. Владимир Борисович по традиции собирался сделать очередной подарок родному селу к этой дате, но 9 мая 2025 года Указом Главы РСО–А селу Сурх-Дигора присвоено почетное звание «Населенный пункт воинской доблести». Владимир Соскиев, у которого отец – участник Великой Отечественной войны, погиб на фронте, не мог не откликнуться на это событие. Тема войны занимает в его творчестве особое место. Начиная со школьных лет, постоянно обращается к ней. В боях за освобождение нашего села погибло 244 бойца Красной Армии. Острую, неутихающую боль в сердце вызывают и другие цифры: из 669 сурх-дигорцев, сражавшихся против немецких фашистов, 322 остались на полях боев. 146 сельчан, воевавших против гитлеровцев, были моложе двадцати лет, а 22 – моложе восемнадцати. Уверены, что эти факты не могли не воздействовать на сердце художника.

Еще один любопытный факт – он три года отдал действительной военной службе в рядах Советской Армии. Владимир Соскиев создал целую галерею тех, кто спас нас от фашистской нечисти. Но оружия не лепит, а однажды в Польше, создавая образ солдата, вложил в его руку вместо автомата цветок. Кстати, та работа была принята взыскательной комиссией с восторгом.

ПОЧЕМУ НА СТЕЛЕ НАПИСАНО «СУРХ-ДИГОРА – НАСЕЛЕННЫЙ ПУНКТ ВОИНСКОЙ ДОБЛЕСТИ», А КОМПОЗИЦИЮ ВЕНЧАЕТ СКУЛЬПТУРА ЖЕНЩИНЫ, А НЕ ВОИНА?

Работа навеяна конкретным событием, но посвящена не только ему. Памятный знак установленного образца с текстом Указа Главы PCO–А будет установлен в другом месте. Данный же комплекс имеет иное значение. В очередной раз художник обращается к образу Матери, началу всех начал, и возносит до небес, до ранга святых простую труженицу. Ведь история знает немало случаев, когда простые люди или вельможные князья и бояре причислялись к лику святых. Вспомним Александра Невского, Дмитрия Донского, Георгия Победоносца, Марию Ясыню и многих других. Кто в Осетии не знает о Задалески Нана и ее подвиге?! Вот художник как будто и спрашивает: «Разве они не святые – 77 вдов из Сурх-Дигоры, на попечении которых после той страшной войны осталось по 2 и более детей, и которые в невероятно тяжелых условиях вырастили и воспитали их, не оставляя работу в колхозе?» Среди них была и мать Владимира – Дзафи (Сафят). 475 женщин, наших односельчанок, поднимавших в годы войны и после нее колхоз, 10 женщин из Сурх-Дигоры, в нужный час суровой годины добровольцами отправившиеся защищать нашу Родину и прошедшие все круги ада войны. 9 колхозниц, в один год удостоенные высших наград Родины – орденов Ленина. И те женщины, которые заменили мужчин, ушедших на фронт: стали трактористками, сеяли и собирали урожай. Разные они были, но их объединяет одно имя – МАТЬ. Собирательный образ матери и воспевает скульптор. Не в золото и парчу одеты были наши мамы, и руки у них были натруженными, но они были прекрасны. И жизнь, и внутренняя мотивация поступков, и дела у них не нуждаются в приукрашивании. И вовсе не во внешнем блеске таится красота.

ПОЧЕМУ КАМНИ НЕ ОБРАБОТАНЫ, НЕ ОТШЛИФОВАНЫ?

Владимир Соскиев утверждает, что «лучшим художником является сама природа и вмешиваться в ее «работу» нужно очень осторожно. Главное увидеть красоту того, что она создала и уметь использовать ее». Поэтому поиск камней для этой работы занял у него немало времени. Ездил по горам, посещал все места, где только была возможность встретить нужную «натуру», вплоть до цехов по обработке камня. Результат вы сами видите. Действительно, камни тронуты еле, но мастер расположил их так, что они «заговорили». Скупы, но на удивление выразительны все детали композиции. Здесь нет случайных элементов. Начнем с того, что сурх- дигорцы переселились из горных аулов. Необработанные камни напоминают и символизируют эти горы, а горы сами по себе – красота, сотворенная природой. Само расположение камней рассказывает даже о наших обычаях. По крайней мере, с одним из них оно точно связано. Если женщина проходила мимо ныхаса, где сидели мужчины, все они вставали. Вставали и молодые, и пожилые, и никто из них не позволял себе сесть, пока женщина не удалялась. Здесь женщину встретили камни. Создается впечатление, что при виде того, кто является символом жизни, они, словно живые, поднялись. Приняли этот символ на плечи, подняли над землей и устремились в небеса, унося его с собой. Чувство полета камней достигается просветом, оставленным между первой и второй частями постамента. Налюбоваться этими ощущениями помогают нам все элементы творения: удачная композиция, удивительная пластика, пропорции. Это, прежде всего, общие очертания картины. Хотя фрагменты ее и составляют единое целое, они выступают и как самостоятельные части этого целого. Детали постамента напоминают форму овала, которая во многих религиях является женским символом, знаком женского могущества и обаяния, несет энергетику мира, спокойного созидания. Это универсальный амулет, защита человеческого духа, космическое время и пространство. Это сама жизнь, ее развитие, символ неминуемого расцвета. Этим знаком подчеркивается святость главной части композиции – фигуры матери. Наличие нимба здесь уже не нужно. Вместо нимба автор наделяет ее крыльями.

Художник не любит изображать своих героев в академических и театральных позах. Он видит в них фальшь и неестественность. Мы не встречали ни в одной его работе такого. Для создания образа и характера он использует другие краски. Это, конечно, намного сложнее, но зато портреты, созданные им, запоминаются надолго, если не на всю жизнь, обладают свойством неотразимо притягивать к себе внимание. Очередная работа кудесника «Мать Сурх-Дигоры» (так ее прозвали в народе) не является исключением. Подкупает естественность ее позы. Она просто стоит с высоко поднятыми руками и благословляет путников: и тех, кто прибывает сюда, и тех, кто отправляется в дорогу.

А ЧТО ЗА ПРЕДМЕТ В РУКЕ МАТЕРИ?

Ветку Древа жизни держит мать. Этот фрагмент художник взял с аланской пластины «Священная птица, принесшая на землю ветку Древа жизни», найденной во время раскопок городища близ станицы Змейской. Датируется она Х–ХI веками. Ветка символизирует плодородие, изобилие, счастье, благополучие, здоровье, силу и другие блага, о которых мечтает человек. Древо жизни – это мифологический образ, символизирующий жизнь во всех ее проявлениях. Корни – прошлое, ствол – настоящее, ветви, листья и плоды – будущее. Встречается в славянской, скандинавской, индийской, египетской, кельтской мифологиях. Связан с возрождением, вечной жизнью, бессмертием, мудростью, силой. Это символ земного и небесного миров. Постоянное обновление древа – смена его состояния от зимней спячки до распускания почек – это символ непрерывности жизненного цикла. В Библии – это Древо жизни и Древо познания.

Ветка Древа жизни – аналог трезубца, который известен со времен шумерской богини Инанны (более 4000 лет тому назад) и греческого Посейдона. Трезубец исторически был одним из вариантов знаков собственности и власти Рюриковичей. Это часть наследия Руси, ее государственности, символического языка.

Путник, только подъезжающий к сурх-дигорскому повороту, сначала издали видит общий контур комплекса в форме креста. По мере приближения к стеле начинает замечать остальные фрагменты, о которых сказано выше. Крест же остается как общее поле действия, как пространство, где встретились разные культуры, разные исторические эпохи. Его нельзя рассматривать только как чисто христианский символ. Он изображался за несколько тысяч лет до возникновения христианства. Аналог Древа жизни, это символ жертвенной любви, победы над злом. В Египетской религии – это знак Анкх (сперва – «жизнь», затем – «вечная жизнь»). Крест отражает историческую связь искусства и религий народов мира, в том числе, осетинского.