«Живой танк» мирового ковра

Михаил Бекмурзов появился на свет 30 августа 1928 года в многодетной семье, где отец Гаврила Габоевич и мать Мария Сламирзаевна растили пятерых детей. Он был самым младшим. Те годы, которые пришлись на его детство, нельзя назвать иначе как временем выживания. Коллективизация, голод, отсутствие самого необходимого – для семьи Бекмурзовых, как и для тысяч других горских семей, это была не история, а каждодневная реальность. Жизнь в горах вообще не терпит слабых. И судьба, будто испытывая мальчика на прочность, с самого раннего возраста подкидывала ему испытания, которые сломали бы любого другого.

Когда Михаилу было всего два года, отец взял его с собой на сенокос. Посадил на траву, дал чурек и принялся за работу. Через некоторое время он услышал детский смех, обернулся и оцепенел: мальчик держал за горло ядовитую змею и смеялся, когда та, обвив его руку, хлестала хвостом по лицу. Страшно представить, чем бы все закончилось, если бы пресмыкающееся укусило ребенка. А на следующий год он попал под колеса арбы. Три часа врачи не знали, выкарабкается ли малыш. Он выкарабкался. Эти два случая, возможно, стали предзнаменованием: жизненный путь будет тяжелым, но он дойдет до конца.

Все дети в семье Бекмурзовых с малых лет знали, что такое труд. И хотя Михаил был младшим, его физические данные были поистине уникальными. К шестнадцати годам ни один взрослый мужчина в селе не мог с ним тягаться на сенокосе. В нем уже тогда чувствовалась та самая природная мощь, которая позже принесет ему славу на борцовском ковре.

Но 1943 год стал для семьи черным. Сначала не стало отца. А вскоре пришла похоронка на старшего брата Афая, погибшего на фронте. Вся тяжесть хозяйства и забота о семье легли на плечи пятнадцатилетнего Михаила. В 1948 году умирает мать. Теперь он остался совершенно один. Он поступает на шоферские курсы и устраивается работать водителем в Садоне. Но несколько опасных ситуаций за рулем убеждают его, что это не его путь. Тогда он принимает решение, которое изменит все.

В 1950 году Михаил поступает в Северо-Осетинский педагогический институт на факультет физического воспитания. Сначала выбирает тяжелую атлетику, но, как он позже шутил, «штанга всегда оказывалась сильнее меня». В 1951 году он впервые переступает порог борцовского зала на улице Маркуса во Владикавказе. Это был единственный зал в городе, и попасть в него было непросто. Отбор проходил жестко: новичок переодевался, становился в партер, и старший тренер Асланбек Захарович Дзгоев смотрел, есть ли у него потенциал. Михаил с честью прошел этот «экзамен». Дзгоев похлопал его по плечу и произнес фразу, ставшую пророческой: «Пожалуй, из тебя выйдет толк».

Через год Михаил становится чемпионом РСФСР. Всего он завоюет этот титул шесть раз. Первый крупный успех на всесоюзном уровне пришел в 1957 году, когда он стал бронзовым призером чемпионата СССР в Киеве. В те годы в его весовой категории безраздельно господствовал именитый грузинский борец, чемпион мира Вахтанг Балавадзе. Но в 1959 году на Спартакиаде народов СССР Бекмурзов, парень из высокогорного села, где выживание было главным навыком, отодвигает прославленного соперника на вторую ступень пьедестала. Это была не просто победа над конкретным спортсменом – это была победа над устоявшимся порядком, над статусом, над многолетней гегемонией. За свою уникальную физическую мощь, за огромную становую силу и неудержимый напор Бекмурзова прозвали «живым танком». Это прозвище закрепилось за ним навсегда. Он не просто выходил на ковер – он входил в схватку как машина, которой невозможно противостоять.

В 1961 году Михаил Бекмурзов завоевал серебряную медаль чемпионата мира в Иокогаме. В финальной схватке, где шла равная борьба, он уступил легендарному иранскому борцу Эмамали Хабиби, известному как «Мазандаранский тигр». Это было досадное поражение, но даже оно лишь укрепило его репутацию одного из сильнейших средневесов планеты.

В 1962 году он становится чемпионом СССР, а в 1963-м выигрывает Спартакиаду народов СССР и получает право представлять страну на Всемирных Азиатских играх ГАНЕФО в Джакарте. Эти Игры были событием, выходящим за рамки спорта. В начале 1960-х годов освободившиеся от колониальной зависимости страны Азии и Африки искали пути для самоутверждения. Спорт стал одним из таких инструментов. Игры в Джакарте стали актом солидарности, их лозунгами были «Мир, взаимопонимание, борьба против неравенства». Участие в них было не только спортивным вызовом, но и политическим заявлением. Михаил Бекмурзов уверенно победил всех соперников в весе до 78 кг и завоевал золотую медаль. Он остается единственным осетинским борцом, имеющим эту награду, и она стоит в ряду его главных достижений, потому что была добыта не только на ковре, но и в противостоянии системе.

Но путь к олимпийской медали для Бекмурзова был закрыт. Перед XVIII Играми в Риме его включили в основной состав. Однако в последний день перед соревнованиями тренерский штаб принял решение заменить его на Вахтанга Балавадзе. Бекмурзов не поехал на Олимпиаду. Ему было уже 32 года, а для борца это был последний шанс. Позже старший тренер, принявший это решение, был снят со своего поста, потому что Балавадзе, пройдя три круга, выбыл из борьбы. Но Бекмурзов так и не получил олимпийской медали. Это поражение, нанесенное не соперником, а своими же, он нес в себе всю жизнь. И это, возможно, было самым горьким моментом его биографии.

Завершив карьеру действующего спортсмена, Михаил Гаврилович ушел в тренерство. Он работал с глухонемыми, обучая их тонкостям борьбы. Дважды возглавлял тренерский штаб сборной СССР на Всемирных играх глухонемых – в Хельсинки (1961) и Вашингтоне (1965), где его подопечные завоевали почти все золотые медали. В 1976 году семья Бекмурзовых переехала в Ташкент. Там он за короткое время создал сильную команду единомышленников. Десятки осетинских борцов потянулись за ним в Узбекистан, и это вызвало небывалый интерес к вольной борьбе в республике. Появились первые победы на юношеских и молодежных первенствах СССР. А к 1983 году сборная Узбекистана, которая прежде никогда не поднималась высоко, вошла в пятерку сильнейших на Спартакиаде народов СССР. Это был прорыв, который совершил один человек, выходец из маленького горного села, знающий цену каждому дню.

До переезда в Среднюю Азию Михаил Гаврилович работал в Комитете спорта Северной Осетии. Его зал на улице Ленина во Владикавказе знал каждый, потому что через него прошли сотни ребят, воспитанных под крылом «дяди Миши», так ласково называли его ученики. Он не искал легких путей, не переманивал чужих звезд, а создавал своих с нуля, с детства, с первых шагов на ковре. Он давал не только технику – он давал характер.

В 1992 году Михаил Гаврилович вышел на пенсию и вернулся во Владикавказ. Он продолжал помогать молодым тренерам, активно участвовал в общественной жизни республики. В памяти борцовского мира он остался как один из лучших средневесов мира 1960-х годов и один из лучших тренеров Советского Союза своего времени. При всех своих достижениях он оставался скромным, воспитанным в лучших кавказских традициях. Его уважали, его обожали, его любили. Вольная борьба была его жизнью, его силой, его слабостью, его страстью.

Все трудности, которые выпали на его долю в детстве, закалили его характер. Они научили его стойко переносить любые сложности и во многом определили его стиль борьбы. Как в жизни, так и на ковре он был решителен и непреклонен. Он не сдавался ни перед соперниками, ни перед обстоятельствами, ни перед возрастом. В своей тренерской деятельности подготовил много борцов мирового класса, среди них многократный чемпион мира и Европы, заслуженный мастер спорта, заслуженный тренер СССР Аслан Хадарцев.

10 августа 2013 года, за двадцать дней до своего 83-летия, Михаил Гаврилович Бекмурзов ушел из жизни. Но его имя золотыми буквами вписано в историю осетинского, российского и мирового спорта. В его честь звучал Гимн Советского Союза, его схватки и победы навсегда остались в памяти народа. В Камунте его помнят. В спортивных залах по всей стране помнят. Потому что он доказал: высота не в горах, а в человеке. И из самого глухого села можно подняться на вершину мира, если внутри тебя живет тот самый «живой танк», который не умеет отступать.