Есть люди, которые, где бы ни трудились, чтобы им ни поручали, чтобы им ни доверяли, через всю свою жизнь проносят готовность к самопожертвованию, равному тихому, незаметному ратному подвигу. Речь пойдет о таком Человеке – первой осетинке-враче, заслуженном враче СОАССР, отличнике здравоохранения Кошерхан Темботовне ТУРГИЕВОЙ.
Реальные гендерные процессы во многом определялись влиянием западноевропейской и российской общественной мысли, пореформенной модернизацией общества, ранним формированием осетинской интеллигенции, развитием женского образования и городской культуры.
В борьбе за равноправие мужчин и женщин вопросы гендерного равенства рассматривались прежде всего через призму преодоления дискриминации в отношении женщин, включая такую важнейшую сферу человеческой жизни, как здоровье и его охрана. Не секрет, что в конце XIX – начале ХХ вв. Терская область не была обеспечена медицинской помощью. Амбулаторные пункты и приемные покои встречались крайне редко, смертность превышала рождаемость.
В 1913 году на всю Терскую область насчитывалось 52 врача. В Северной Осетии на каждого врача до революции приходилось более 7 тысяч человек. В основном врачи обслуживали привилегированную, зажиточную часть населения. Создавалась почва, на которой пышно расцветало знахарство во всех его видах.
В конце XIX века женщина в науке – явление редкое. В 1897 году в Санкт-Петербурге было разрешено учреждение Женского медицинского института. Государственное руководство того времени смирилось на некоторое время с получением высшего образования русскими женщинами, но оставалось врагом образования представителей национальных меньшинств России.
Кошерхан Темботовна Тургиева родилась 4 (17) ноября 1885 г. в станице Новоосетинской. Ее отец, Тембот Абисалович Тургиев (1853–1917) служил в 1-м Волгском полку Терского казачьего войска и вышел в отставку после 1908 г. в чине полковника (его первой наградой был Георгиевский крест IV степени за отличия в боях против турок в войне1877–1878 гг.). Мать, Госада Исхаковна Козырева (1863–1906), «дочь узденя сел. Зильги», занималась домашним хозяйством. Родители заключили брак в 1880 г.; в семье было четверо детей – Кошерхан, Айшет, Мурад и Тембулат. После того как отец ушел в отставку, семья Тургиевых переехала в г. Пятигорск, где жили их родственники.
В 1895 г. вдова героя Кавказской войны, генерал-адъютанта графа Евдокимова, передала Пятигорскому городскому самоуправлению свой особняк и личные сбережения с условием, что это имущество будет использовано для открытия в городе женской гимназии, до того в Пятигорске было только двухклассное женское училище. Кошерхан была в числе 60 девочек, начавших обучение в том же году. Ко времени первого выпуска в 1905 году гимназия, получившая название Евдокимовской в честь графини-благотворительницы, имела статус полной классической, а именно: обучение шло по восьмилетней программе с изучением двух современных языков (немецкого и французского) и двух древних языков (древнегреческого и латыни). Окончила гимназию Кошерхан с золотой медалью.
Скорее всего, выбор в пользу получения высшего медицинского образования был сделан из-за тяжелой болезни матери, свидетельницей угасания которой от неоперабельного рака молочной железы Кошерхан стала в старших классах гимназии. Госада умерла в 1906 году. Другим фактором могла стать смерть двух ее старших братьев.
В 1905 г. Кошерхан сдала вступительные экзамены в Санкт-Петербургский женский медицинский институт, но зачислена не была, так как по действовавшему на тот момент уставу право на обучение предоставлялось девушкам в возрасте от 20 лет. Девушка провела год в Пятигорске; долгожданное зачисление состоялось после повторной подачи документов в 1906 году. Сохранилась фотография из ее личного дела.
С жильем в столице Кошерхан помог троюродный брат Джимо (Александр Данилович) Тускаев, в то время офицер Собственного Его Императорского Величества Конвоя; он предоставил ей квартиру на территории офицерских казарм Конвоя, где снимал квартиру сам, и прописал по адресу: Воскресенская набережная, 28. Заметим, что здание сохранилось до сих пор и значится по тому же адресу.
В январе 1911 г. слушательницы Института приняли участие во Всероссийской студенческой забастовке, вызванной решением министра народного просвещения Л.А. Кассо ликвидировать часть автономных прав университетов и институтов, которые были за ними закреплены Указом от 27 августа 1905 года.
В частности, права на сходки, которые являлись элементом внутренней автономии университетов и незыблемости университетских традиций, и забастовки, что выражались в объявлении бойкота педагогам в форме отказа от посещения их занятий. К примеру, в 1908 году слушательницы старших курсов Института объявили бойкот заведующему кафедрой акушерства и гинекологии профессору Н.И. Рачинскому, в результате чего тот был вынужден подать в отставку. Забастовка слушательниц привела к тому, что в марте Министерство народного просвещения пошло на беспрецедентный шаг – издало распоряжение о продлении семестра до 15 июля. На заседании Совета Института это предложение министра обсуждалось, но профессора высказали сомнение в возможности подобного развития событий в связи с тем, что «в настоящем, в особо неблагополучном по холере и чуме году, ввиду недостаточности врачебного персонала, значительная часть слушательниц уже связана обязательством летней службы».
В сложившейся ситуации министр был вынужден отчислить всех слушательниц Института, участвовавших в забастовке (всего свыше 1200 человек), в их числе и Кошерхан. В течение августа – сентября 1911 года все уволенные слушательницы подали прошения о восстановлении. Количество отклоненных прошений составляло около 7% от общего числа, но слушательницы подавали повторные прошения, которые все были удовлетворены. Только о 21 слушательнице в распоряжении жандармского отделения были сведения компрометирующего свойства, связи с эсерами, анархистами и прочими. При этом в документах Министерства внутренних дел указывалось, что «имели ли эти сношения преступный характер – не установлено».
В итоге, к январю 1912 года были восстановлены в институте 1237 слушательниц.
Восстановившись, Кошерхан окончила в 1914 году уже Петроградский женский медицинский институт. Закончив обучение, она вернулась в Пятигорск и стала работать заведующей врачебным пунктом в Константиновской слободе.
В период Первой империалистической войны, с 1 октября 1914 года, К.Т. Тургиева привлекается к работе в лазарете Всероссийского земского собора. Осенью 1917 года, похоронив отца, Кошерхан направила свое резюме в несколько европейских университетов и в начале 1918 года получила приглашение из Сорбонны, но Гражданская война сделала отъезд невозможным. В марте 1918 года Красная Армия почти одновременно заняла Владикавказ и Пятигорск; начались преследования «бывших». Статус врача позволял Кошерхан надеяться, что репрессии не коснутся ее лично, но этот условный иммунитет никоим образом не распространялся на ее больного дядю-генерала.
Вероятно, она нашла для него убежище в станице Новоосетинской, так как многие населенные пункты между Пятигорском и Владикавказом попеременно удерживались то красноармейцами, то оказывавшими им сопротивление казачьими частями. Добираться до станицы было опасно; тем не менее Кошерхан регулярно навещала дядю и других родственников, которым периодически требовалась медицинская или финансовая помощь; из числа самых близких – Айшет с мужем и двумя малолетними детьми; сестра матери с мужем.
Следующий, 1919 год был для Кошерхан относительно спокойным, так как Пятигорск и Владикавказ контролировались армией генерала Деникина, и поездки в станицу можно было предпринимать без риска для жизни. Но работа в двух местах и необходимость поддерживать близких в ущерб собственному здоровью сделали свое дело –зимой Кошерхан заболела туберкулезом, у нее был обнаружен туберкулез верхушки правого легкого. В декабре, перед запланированным отступлением деникинцев, она получила от военной администрации повестку с требованием явиться в мобилизационный пункт, но выполнять требование не стала – как по причине болезни, так и в силу ответственности за находящихся на ее попечении родных.
В январе 1920 году Кошерхан перебралась из Пятигорска в станицу Новоосетинскую. Об этом периоде жизни Кошерхан Темботовны практически ничего не известно, кроме перечня родственников, похороненных ею. Дядя Бейбулат умер в 1921 году, за ним последовали оба сына сестры, а в 1922 году не стало и самой Айшет. Ее муж, лишившийся семьи, уехал с Кавказа.
В марте 1922 года Кошерхан переехала во Владикавказ и начала работать в 1-й Советской больнице имени тов. Калинина (позже – 1-я городская больница г. Владикавказа). Квартиру ей предоставили в доме № 2 по Подгорному переулку (ныне ул. Ботоева).
Незадолго до переезда Кошерхан во Владикавказ там поселился ее двоюродный брат, Абубекир, бывший офицер Императорской армии, участвовавший в Гражданской войне на стороне белых. Несмотря на объявленную в 1922 году амнистию всем противникам советской власти, он не мог получить работу по специальности и перебивался случайными заработками. После революции его жена уничтожила свой диплом об окончании девичьего института, дававший право на преподавание в средней школе, так как в нем было указано, что она – дочь генерала. Поэтому семья Абубекира (мать, жена и трое детей) нередко оказывалась без средств к существованию: Кошерхан приходила им на помощь.
В 1924 году К.Т. Тургиева Народным комиссариатом здравоохранения СОАССР была командирована в Бесланскую районную больницу акушером-хирургом. С мая 1925 года Кошерхан Темботовна безвозмездно работала в медицинских учреждениях города Владикавказа по акушерству и гинекологии, например, в акушерско-гинекологическом отделении 1-й Совбольницы, а также в амбулаториях: 1-й, 2-й, 3-й.
С 1928 года работала в медицинском техникуме города Дзауджикау (ныне Медицинский колледж г. Владикавказа), а также преподавала акушерство и гинекологию при больничной школе медицинских сестер с 1935 по 1939 год.
В марте 1934 года Кошерхан Тургиева была направлена в научную командировку на три месяца в Москву, в Государственный Центральный институт усовершенствования врачей (ЦИУ) на рабочее место по циклу «Акушерство и гинекология».
Доктора Кошерхан Темботовну высоко чтили коллеги, о чем свидетельствует тот факт, что в марте 1935 года она была командирована Северо-Осетинским областным здравотделом на Всесоюзный съезд гинекологов-акушеров, проходивший в г. Москве. С октября 1939 года К.Т. Тургиева работала в детской и женской консультации № 3, а с октября 1940 года заведовала женской консультацией № 3 г. Орджоникидзе и – по совместительству – работала врачом-гинекологом.
К.Т. Тургиевой очень нравилась педагогическая деятельность: в Фельдшерско-акушерской школе СОАССР она была классным воспитателем, уделяла много внимания учебе и досугу своих подопечных; была знакома с их бытом. Такой близкий контакт преподавателя-воспитателя с учащимися отлично сказывался на их учебе, о чем свидетельствовали положительные характеристики аттестуемых акушерок. За неравнодушное отношение Кошерхан Темботовна удостаивалась Почетных грамот и благодарностей, нередко с занесением в личное дело. К примеру, Почетная грамота «За отличную работу» выдана главным врачом и местным комитетом 1-й Городской больницы г. Владикавказа.
В 1931 году Абубекир был приговорен тройкой ОГПУ к 5 годам концлагеря, а в 1937 г. – к высшей мере наказания. Кошерхан взяла на себя заботы о семье, оставшейся без кормильца, а во время ВОВ фактически усыновила младшего сына Абубекира – Саладина по договоренности с его матерью и прописала его в своей квартире. Возможно, она и привила ему любовь к медицине, и в 1945 году Саладин поступил в Северо-Осетинский государственный медицинский институт, где впоследствии возглавил одну из кафедр.
Кошерхан Темботовна так и не вышла замуж, посвятив себя племяннику и его семье: занималась воспитанием своих внучатых племянников, которые очень тепло о ней отзываются.
В годы Великой Отечественной войны Школа медицинских сестер была закрыта. В 1942 году Кошерхан Тургиева была мобилизована и назначена руководителем медико-санитарной части строительства оборонительных сооружений в районе Моздока. После освобождения Северной Осетии от немецко-фашистских оккупантов К.Т. Тургиева активно участвовала в восстановлении медицинских заведений, госпиталей и лазаретов. За активное участие в строительстве оборонительных сооружений в 1941–1942 годы и за организацию работы госпиталей на территории СОАССР К.Т. Тургиева была награждена медалями: «За оборону Кавказа», «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и др.
В 1944 году К.Т. Тургиева получила Благодарность Народного комиссариата здравоохранения СОАССР за подготовку среднего медицинского персонала в условиях военного времени. За большую работу с инфекционными заболеваниями, улучшение санитарного состояния и медицинского обслуживания трудящихся Кошерхан Темботовна Тургиева была удостоена Народным комиссаром здравоохранения СССР значка «Отличнику здравоохранения».
В 1945 году Школа медицинских сестер возобновила свою работу. Тургиева К.Т. приняла решение оставить лечебную деятельность в конце 1952 года, так как не могла сочетать лечебное дело с преподавательским без ущерба и для одного, и для другого. К.Т. Тургиева работала в Школе медицинских сестер до самого ухода на пенсию в 1956 году.
В 1946 году Кошерхан Темботовне присвоено почетное звание «Заслуженный врач СОАССР». В 1956 году она ушла на заслуженный отдых, проработав в рядах медицинских работников более шестидесяти лет. Ветеран трех войн – Первой мировой, Гражданской и Великой Отечественной, она являла собой пример безупречной репутации, самоотверженного труда и достойной выпускницы Петроградского женского медицинского института. 11 ноября 1976 года, на 92 году, Кошерхан Темботовны Тургиевой не стало.
Всю жизнь, опасаясь за своих родных, дочь полковника Т. Тургиева была вынуждена скрывать свои биографические факты. И хотя более полной информации о ней не сохранилось, осталась память о сильной женщине, высоком профессионале, внесшем неоценимый вклад в медицину.
В борьбе за равноправие мужчин и женщин вопросы гендерного равенства рассматривались прежде всего через призму преодоления дискриминации в отношении женщин, включая такую важнейшую сферу человеческой жизни, как здоровье и его охрана. Не секрет, что в конце XIX – начале ХХ вв. Терская область не была обеспечена медицинской помощью. Амбулаторные пункты и приемные покои встречались крайне редко, смертность превышала рождаемость.
В 1913 году на всю Терскую область насчитывалось 52 врача. В Северной Осетии на каждого врача до революции приходилось более 7 тысяч человек. В основном врачи обслуживали привилегированную, зажиточную часть населения. Создавалась почва, на которой пышно расцветало знахарство во всех его видах.
В конце XIX века женщина в науке – явление редкое. В 1897 году в Санкт-Петербурге было разрешено учреждение Женского медицинского института. Государственное руководство того времени смирилось на некоторое время с получением высшего образования русскими женщинами, но оставалось врагом образования представителей национальных меньшинств России.
Кошерхан Темботовна Тургиева родилась 4 (17) ноября 1885 г. в станице Новоосетинской. Ее отец, Тембот Абисалович Тургиев (1853–1917) служил в 1-м Волгском полку Терского казачьего войска и вышел в отставку после 1908 г. в чине полковника (его первой наградой был Георгиевский крест IV степени за отличия в боях против турок в войне1877–1878 гг.). Мать, Госада Исхаковна Козырева (1863–1906), «дочь узденя сел. Зильги», занималась домашним хозяйством. Родители заключили брак в 1880 г.; в семье было четверо детей – Кошерхан, Айшет, Мурад и Тембулат. После того как отец ушел в отставку, семья Тургиевых переехала в г. Пятигорск, где жили их родственники.
В 1895 г. вдова героя Кавказской войны, генерал-адъютанта графа Евдокимова, передала Пятигорскому городскому самоуправлению свой особняк и личные сбережения с условием, что это имущество будет использовано для открытия в городе женской гимназии, до того в Пятигорске было только двухклассное женское училище. Кошерхан была в числе 60 девочек, начавших обучение в том же году. Ко времени первого выпуска в 1905 году гимназия, получившая название Евдокимовской в честь графини-благотворительницы, имела статус полной классической, а именно: обучение шло по восьмилетней программе с изучением двух современных языков (немецкого и французского) и двух древних языков (древнегреческого и латыни). Окончила гимназию Кошерхан с золотой медалью.
Скорее всего, выбор в пользу получения высшего медицинского образования был сделан из-за тяжелой болезни матери, свидетельницей угасания которой от неоперабельного рака молочной железы Кошерхан стала в старших классах гимназии. Госада умерла в 1906 году. Другим фактором могла стать смерть двух ее старших братьев.
В 1905 г. Кошерхан сдала вступительные экзамены в Санкт-Петербургский женский медицинский институт, но зачислена не была, так как по действовавшему на тот момент уставу право на обучение предоставлялось девушкам в возрасте от 20 лет. Девушка провела год в Пятигорске; долгожданное зачисление состоялось после повторной подачи документов в 1906 году. Сохранилась фотография из ее личного дела.
С жильем в столице Кошерхан помог троюродный брат Джимо (Александр Данилович) Тускаев, в то время офицер Собственного Его Императорского Величества Конвоя; он предоставил ей квартиру на территории офицерских казарм Конвоя, где снимал квартиру сам, и прописал по адресу: Воскресенская набережная, 28. Заметим, что здание сохранилось до сих пор и значится по тому же адресу.
В январе 1911 г. слушательницы Института приняли участие во Всероссийской студенческой забастовке, вызванной решением министра народного просвещения Л.А. Кассо ликвидировать часть автономных прав университетов и институтов, которые были за ними закреплены Указом от 27 августа 1905 года.
В частности, права на сходки, которые являлись элементом внутренней автономии университетов и незыблемости университетских традиций, и забастовки, что выражались в объявлении бойкота педагогам в форме отказа от посещения их занятий. К примеру, в 1908 году слушательницы старших курсов Института объявили бойкот заведующему кафедрой акушерства и гинекологии профессору Н.И. Рачинскому, в результате чего тот был вынужден подать в отставку. Забастовка слушательниц привела к тому, что в марте Министерство народного просвещения пошло на беспрецедентный шаг – издало распоряжение о продлении семестра до 15 июля. На заседании Совета Института это предложение министра обсуждалось, но профессора высказали сомнение в возможности подобного развития событий в связи с тем, что «в настоящем, в особо неблагополучном по холере и чуме году, ввиду недостаточности врачебного персонала, значительная часть слушательниц уже связана обязательством летней службы».
В сложившейся ситуации министр был вынужден отчислить всех слушательниц Института, участвовавших в забастовке (всего свыше 1200 человек), в их числе и Кошерхан. В течение августа – сентября 1911 года все уволенные слушательницы подали прошения о восстановлении. Количество отклоненных прошений составляло около 7% от общего числа, но слушательницы подавали повторные прошения, которые все были удовлетворены. Только о 21 слушательнице в распоряжении жандармского отделения были сведения компрометирующего свойства, связи с эсерами, анархистами и прочими. При этом в документах Министерства внутренних дел указывалось, что «имели ли эти сношения преступный характер – не установлено».
В итоге, к январю 1912 года были восстановлены в институте 1237 слушательниц.
Восстановившись, Кошерхан окончила в 1914 году уже Петроградский женский медицинский институт. Закончив обучение, она вернулась в Пятигорск и стала работать заведующей врачебным пунктом в Константиновской слободе.
В период Первой империалистической войны, с 1 октября 1914 года, К.Т. Тургиева привлекается к работе в лазарете Всероссийского земского собора. Осенью 1917 года, похоронив отца, Кошерхан направила свое резюме в несколько европейских университетов и в начале 1918 года получила приглашение из Сорбонны, но Гражданская война сделала отъезд невозможным. В марте 1918 года Красная Армия почти одновременно заняла Владикавказ и Пятигорск; начались преследования «бывших». Статус врача позволял Кошерхан надеяться, что репрессии не коснутся ее лично, но этот условный иммунитет никоим образом не распространялся на ее больного дядю-генерала.
Вероятно, она нашла для него убежище в станице Новоосетинской, так как многие населенные пункты между Пятигорском и Владикавказом попеременно удерживались то красноармейцами, то оказывавшими им сопротивление казачьими частями. Добираться до станицы было опасно; тем не менее Кошерхан регулярно навещала дядю и других родственников, которым периодически требовалась медицинская или финансовая помощь; из числа самых близких – Айшет с мужем и двумя малолетними детьми; сестра матери с мужем.
Следующий, 1919 год был для Кошерхан относительно спокойным, так как Пятигорск и Владикавказ контролировались армией генерала Деникина, и поездки в станицу можно было предпринимать без риска для жизни. Но работа в двух местах и необходимость поддерживать близких в ущерб собственному здоровью сделали свое дело –зимой Кошерхан заболела туберкулезом, у нее был обнаружен туберкулез верхушки правого легкого. В декабре, перед запланированным отступлением деникинцев, она получила от военной администрации повестку с требованием явиться в мобилизационный пункт, но выполнять требование не стала – как по причине болезни, так и в силу ответственности за находящихся на ее попечении родных.
В январе 1920 году Кошерхан перебралась из Пятигорска в станицу Новоосетинскую. Об этом периоде жизни Кошерхан Темботовны практически ничего не известно, кроме перечня родственников, похороненных ею. Дядя Бейбулат умер в 1921 году, за ним последовали оба сына сестры, а в 1922 году не стало и самой Айшет. Ее муж, лишившийся семьи, уехал с Кавказа.
В марте 1922 года Кошерхан переехала во Владикавказ и начала работать в 1-й Советской больнице имени тов. Калинина (позже – 1-я городская больница г. Владикавказа). Квартиру ей предоставили в доме № 2 по Подгорному переулку (ныне ул. Ботоева).
Незадолго до переезда Кошерхан во Владикавказ там поселился ее двоюродный брат, Абубекир, бывший офицер Императорской армии, участвовавший в Гражданской войне на стороне белых. Несмотря на объявленную в 1922 году амнистию всем противникам советской власти, он не мог получить работу по специальности и перебивался случайными заработками. После революции его жена уничтожила свой диплом об окончании девичьего института, дававший право на преподавание в средней школе, так как в нем было указано, что она – дочь генерала. Поэтому семья Абубекира (мать, жена и трое детей) нередко оказывалась без средств к существованию: Кошерхан приходила им на помощь.
В 1924 году К.Т. Тургиева Народным комиссариатом здравоохранения СОАССР была командирована в Бесланскую районную больницу акушером-хирургом. С мая 1925 года Кошерхан Темботовна безвозмездно работала в медицинских учреждениях города Владикавказа по акушерству и гинекологии, например, в акушерско-гинекологическом отделении 1-й Совбольницы, а также в амбулаториях: 1-й, 2-й, 3-й.
С 1928 года работала в медицинском техникуме города Дзауджикау (ныне Медицинский колледж г. Владикавказа), а также преподавала акушерство и гинекологию при больничной школе медицинских сестер с 1935 по 1939 год.
В марте 1934 года Кошерхан Тургиева была направлена в научную командировку на три месяца в Москву, в Государственный Центральный институт усовершенствования врачей (ЦИУ) на рабочее место по циклу «Акушерство и гинекология».
Доктора Кошерхан Темботовну высоко чтили коллеги, о чем свидетельствует тот факт, что в марте 1935 года она была командирована Северо-Осетинским областным здравотделом на Всесоюзный съезд гинекологов-акушеров, проходивший в г. Москве. С октября 1939 года К.Т. Тургиева работала в детской и женской консультации № 3, а с октября 1940 года заведовала женской консультацией № 3 г. Орджоникидзе и – по совместительству – работала врачом-гинекологом.
К.Т. Тургиевой очень нравилась педагогическая деятельность: в Фельдшерско-акушерской школе СОАССР она была классным воспитателем, уделяла много внимания учебе и досугу своих подопечных; была знакома с их бытом. Такой близкий контакт преподавателя-воспитателя с учащимися отлично сказывался на их учебе, о чем свидетельствовали положительные характеристики аттестуемых акушерок. За неравнодушное отношение Кошерхан Темботовна удостаивалась Почетных грамот и благодарностей, нередко с занесением в личное дело. К примеру, Почетная грамота «За отличную работу» выдана главным врачом и местным комитетом 1-й Городской больницы г. Владикавказа.
В 1931 году Абубекир был приговорен тройкой ОГПУ к 5 годам концлагеря, а в 1937 г. – к высшей мере наказания. Кошерхан взяла на себя заботы о семье, оставшейся без кормильца, а во время ВОВ фактически усыновила младшего сына Абубекира – Саладина по договоренности с его матерью и прописала его в своей квартире. Возможно, она и привила ему любовь к медицине, и в 1945 году Саладин поступил в Северо-Осетинский государственный медицинский институт, где впоследствии возглавил одну из кафедр.
Кошерхан Темботовна так и не вышла замуж, посвятив себя племяннику и его семье: занималась воспитанием своих внучатых племянников, которые очень тепло о ней отзываются.
В годы Великой Отечественной войны Школа медицинских сестер была закрыта. В 1942 году Кошерхан Тургиева была мобилизована и назначена руководителем медико-санитарной части строительства оборонительных сооружений в районе Моздока. После освобождения Северной Осетии от немецко-фашистских оккупантов К.Т. Тургиева активно участвовала в восстановлении медицинских заведений, госпиталей и лазаретов. За активное участие в строительстве оборонительных сооружений в 1941–1942 годы и за организацию работы госпиталей на территории СОАССР К.Т. Тургиева была награждена медалями: «За оборону Кавказа», «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и др.
В 1944 году К.Т. Тургиева получила Благодарность Народного комиссариата здравоохранения СОАССР за подготовку среднего медицинского персонала в условиях военного времени. За большую работу с инфекционными заболеваниями, улучшение санитарного состояния и медицинского обслуживания трудящихся Кошерхан Темботовна Тургиева была удостоена Народным комиссаром здравоохранения СССР значка «Отличнику здравоохранения».
В 1945 году Школа медицинских сестер возобновила свою работу. Тургиева К.Т. приняла решение оставить лечебную деятельность в конце 1952 года, так как не могла сочетать лечебное дело с преподавательским без ущерба и для одного, и для другого. К.Т. Тургиева работала в Школе медицинских сестер до самого ухода на пенсию в 1956 году.
В 1946 году Кошерхан Темботовне присвоено почетное звание «Заслуженный врач СОАССР». В 1956 году она ушла на заслуженный отдых, проработав в рядах медицинских работников более шестидесяти лет. Ветеран трех войн – Первой мировой, Гражданской и Великой Отечественной, она являла собой пример безупречной репутации, самоотверженного труда и достойной выпускницы Петроградского женского медицинского института. 11 ноября 1976 года, на 92 году, Кошерхан Темботовны Тургиевой не стало.
Всю жизнь, опасаясь за своих родных, дочь полковника Т. Тургиева была вынуждена скрывать свои биографические факты. И хотя более полной информации о ней не сохранилось, осталась память о сильной женщине, высоком профессионале, внесшем неоценимый вклад в медицину.