Республиканская
ежедневная
газета
г. Владикавказ
пр. Коста, 11, Дом печати
(8-867-2)25-02-25
Там, среди шумного моря…

Да, такое можно было предвидеть. История героической гибели субмарины "Щ-408", названной "Балтийским Варягом", подвиг нашего земляка Павла КУЗЬМИНА и его сорока товарищей по оружию, необычная награда от короля Великобритании – все это, конечно же, очень заинтересовало наших читателей ("СО" от 22 июня 2018 г. №106). Сколько было звонков! Сколько вопросов! Людям хотелось как можно больше узнать о том, что же произошло тогда, семьдесят пять лет назад, в открытом море. И не только об этом. С большим удовольствием отвечу на отдельные вопросы.

– Как родилась прекрасная идея увековечить память о нашем земляке в Санкт-Петербурге?

– Осенью 1961 года позвонили из горсовета: сказали, что есть намерение назвать новую улицу в Кировском районе именем моряка, погибшего в боях за город Ленина. И предложили узнать мнение ветеранов минувшей войны: чьим именем назвать?

В тот же день в музее собрались убеленные сединами участники боев на Балтике – подводники, катерники, морские пехотинцы, летчики.

Обсудили несколько кандидатур, потом постановили: просить Ленинградский горсовет присвоить новой улице имя капитан-лейтенанта Павла Семеновича Кузьмина.

Прошло немного времени, и на фасадах многоэтажных жилых домов, школ, детских садов, построенных на южном берегу Финского залива, появились таблички: "Улица подводника Кузьмина".

Рождение новой улицы в музее почувствовали сразу. Кем был Кузьмин? Откуда родом? Где учился и работал до военной службы? Какой подвиг он совершил? Эти вопросы задавали многие посетители, а с улицы Кузьмина в музей приходили семьями, классами, пионерскими отрядами.

В школе решили подготовить стенд, посвященный герою-подводнику.

Мария Оскаровна, жена Павла Семеновича, передала ученикам десяток фотографий из семейного альбома, несколько писем от владикавказских родственников, открытки с видами Владикавказа – города, который так любил и часто вспоминал Кузьмин.

А личные вещи мужа? Мария Оскаровна развела руками: лодка была для Павла Семеновича родным домом, а то, что было на берегу, погибло в годы блокады.

Осталась одна реликвия – медаль "За оборону Ленинграда". Павел получил ее перед последним походом, весной 1943 года. Ему тогда было двадцать девять лет...

– Почему короля Великобритании так заинтересовали подвиги наших моряков? Ведь в этой стране немало и своих героев-подводников...

– В удостоверении, подписанном народным комиссаром ВМФ, сказано: "Капитан-лейтенант Кузьмин Павел Семенович за доблесть и мужество, проявленные при выполнении заданий командования на Советско-германском фронте борьбы с гитлеровской Германией – общим врагом Советского Союза и Великобритании, по представлению Народного Комиссариата военно-морского флота СССР в 1943 году, королем Великобритании награжден орденом Британской империи 5-й степени".

Внук легендарного командира П. В. Кузьмин как-то сказал: "Ну, что ж, операция не была успешной, а за неуспешные операции у нас не принято награждать". И действительно, у Павла Кузьмина нет советских боевых наград (вопрос об этом поднимался неоднократно, но так и не был решен). Зато есть орден Британской империи, присужденный посмертно эдиктом короля Георга VI.

Эта странная ситуация не раз приводила к путанице. К примеру, пионерская дружина ленинградской школы № 504 носила имя Героя Советского Союза П. С. Кузьмина. А в 2015 году, в канун 70-летия Победы, на улице Подводника Кузьмина появились праздничные плакаты, где под портретом Павла Семеновича художник изобразил Звезду Героя.

И даже наша М. Д. Бетоева, автор уникального двухтомника "Дорогами мужества", назвала П. С. Кузьмина в числе владикавказцев, представленных к высшему званию СССР.

А что же с орденом Британской империи? В источниках можно отыскать самые разные версии. Пишут, что Георгу VI кто-то рассказал о "Балтийском Варяге". Есть также предположение, что король узнал о "Щ-408", когда Финляндия разорвала союзнические отношения с фашистской Германией.

В статьях и телевизионных репортажах о погибшей подлодке история с награждением зачастую преподносится как "чужие признали и отметили, а свои – забыли". Однако документы, найденные в архиве ВМФ, говорят совсем о другом.

Теперь уже трудно сказать, чья это была идея – вручить советским морякам ордена Великобритании. Возможно, она действительно исходила от английского монарха, который и сам окончил военно-морское училище, а в годы Первой мировой войны служил в составе морской авиации. Так или иначе, черновик списка кандидатов на награждение появился еще в июле 1943 года! И это при том что официальный доклад о походе "Щ-408" командование Балтфлота направило в Москву лишь 20 августа. Не менее интересно, что в черновом варианте списка, состоящего из 40 имен офицеров разных флотов, П. С. Кузьмин идет вторым по счету (после начальника штаба КБФ). Список предназначался для заместителя наркома ВМФ, а значит, до этого "своих" кандидатов утвердило командование Балтийского флота. Теперь уже вряд ли удастся выяснить, почему Кузьмина представили именно к британскому ордену, но и говорить, что о подвиге "Щ-408" просто забыли, тоже несправедливо. В штабе КБФ были люди, которые точно об этом помнили. Георг VI подписал эдикт о награждении 19 января 1944 года. В апреле 1945 орден, грамота и удостоверение к нему были переданы Марии Оскаровне – жене героя-подводника.

– Что известно о его семье? Как сложилась судьба близких ему людей?

Павел был женат на Марии. Встретились они в Ленинграде, куда Маша приехала на учебу из Пскова. В 1938 году у молодых людей родился сын Валерий. А в 1941-м М. О. Кузьмина с ребенком была эвакуирована в Сибирь. Так началась еще одна потрясающая история – история в письмах. Она совсем не о героизме. Она – о тоске друг по другу, о ревности, о преданности, о большой любви во время великой войны.

Письма Марии Оскаровны, скорее всего, пропали вместе с подлодкой "Щ-408". Зато письма Павла Семеновича его жена хранила всю жизнь и оставила в наследство сыну.

Вот первое из сохранившихся писем, датированное 22 января 1942 года:

"Дорогая Машенька! В первых строках этого письма приношу тебе искреннюю, глубочайшую повинную в том, что так долго молчал. Не получая от тебя писем, я посчитал, что почтовой связи нет, и перестал писать. Вчера получил от тебя сразу 2 письма от 05.11.41 и от 22.11.41, т.е. второе – ровно через месяц после того как ты его написала.

Отвечаю на вопросы первого письма.

Здоров ли я? – здоров и умирать не думаю, т.к. не больно хочется.

Сыт ли? – не очень, но жаловаться тебе на это не смею, т.к. я человек военный, и мне как военному нужно уметь переносить такие лишения, тем более они временного характера (не вздумай посылать мне посылку!)

Как одет? – вполне достаточно, чтобы не замерзнуть и хорошо себя чувствовать. Анкета выполнена, и, как видишь, все ответы удовлетворительные. Не надо терзать себя, милая, беспокойствами обо мне <...>

Второе твое письмо – в нем ты вскользь замечаешь мне, что я в своих письмах стал в чем-то суше – это, родная, только в письмах, а на самом деле в чувствах и отношениях к тебе я тот же неизменный Павел, каким ты меня знала до войны. Во мне осталась та же черта усиления привязанности к тебе. Вот только разве погрубел малость, ну, и это сойдет, после войны отогреем сердце, и все как рукой снимет.

Скучаю по вам, но на встречу в ближайшем будущем надеяться пока нельзя <...>

А сына моего крепко-крепко поцелуй за меня ты уж. Заодно и за себя разок поцелуй, соскучился я за ним, (неразборчиво) большущим стал.

Крепко тебя целую.

До свидания!

Твой Павел, ваш папа".

В письмах подкупают простота и искренность. В них нет ни одного идеологического штампа и в то же время есть ясное, спокойное понимание происходящего: ("Сейчас вопрос актуальный – война. Она научила меня многому, вернее, чем угодно жертвовать, от чего угодно отказываться и воздерживаться. Мне, как и всякому военному человеку, надлежит сейчас всего себя, все свои деяния подчинить делу войны независимо от того, в море я или на берегу").

И еще: "Я крепко-крепко люблю тебя, Машенька, и, что бы ни случилось, буду любить. Во время войны, кажется, не будет хвастовством признаться, что ради того чтобы и твою любовь сохранить, я жизни не пожалею, а жизнь я тоже сильно люблю".

Несколько раз Павел Семенович обращается к жене с просьбой прислать новую фотографию ее и сына. Наконец, такая возможность представилась. 10 мая 1943 года Мария Оскаровна отправила Кузьмину фото с надписью на обороте: "Любимому мужу и папочке". Но к тому времени подводная лодка "Щ-408" уже ушла в свой первый и последний боевой поход.

31 июля истек срок автономности субмарины, и командование сделало окончательный вывод: лодка погибла. А в августе Маше было отправлено письмо, подписанное командиром части, в которой служил Кузьмин. В нем есть небольшая приписка: "P.S. В этом же письме посылаю открытку, которую Вы прислали мужу 10/V 1943 г.". Так фотография снова вернулась к тем, кто ее отправил. Павлу, к великому сожалению, не суждено было ее увидеть...

Мария Оскаровна приехала в Ленинград в начале 1945-го. Много лет она работала редактором в издательстве "Наука". В последние годы жила на бульваре Новаторов, совсем рядом с улицей Подводника Кузьмина. Замуж больше не вышла – осталась верна своему горячо любимому мужу.

Сын и внук Павла Семеновича – Валерий Павлович и Павел Валерьевич – тоже стали офицерами-подводниками. Оба служили на Северном флоте, для которого и была когда-то построена "Щ-408".

Они берегут как зеницу ока каждое слово о своем отце и деде. Сколько сотен раз перечитывал каждый из них, например, эти дорогие строки.

Во всех аттестационных листах, которые есть в личном деле Павла Семеновича, отмечаются его дисциплинированность, требовательность к себе и подчиненным. "К службе на море относится с большим желанием и любовью. Морские дисциплины изучает с рвением", – сказано в аттестации, полученной Кузьминым по окончании училища им. Фрунзе. "Пользуется большим авторитетом как среди командного, так и среди личного состава дивизиона и бригады. Энергичен, решителен, смел, инициативен. Умеет организационно обеспечить свое решение и настойчиво провести его в жизнь", – это цитата из заключения аттестационной комиссии, направившей Павла Семеновича в учебный отряд подводного плавания для повышения квалификации.

"Это был мужественный, способный подводник..." – вспоминал И. В. Травкин. Единственная негативная черта, которая упоминается в аттестациях: "...иногда бывает вспыльчив". Да, несдержанность, пылкость характера признавал за собой и сам Кузьмин. "Не люблю половинчатости – если горит, то и пусть горит ярко. Если замирает, пусть гаснет без копоти", – писал он жене.

Что ж, эти слова как любимый афоризм давным-давно стали девизом и для Кузьминых-младших. И еще они оба очень любят наш Владикавказ – ведь здесь прошли детство и юность их близкого человека. Здесь его помнят и чтут... И очень хотелось бы, чтобы так было всегда!

Комментарий к фотографии
Автор: Мария Панкратова
Республиканская
ежедневная
газета

© 2017 sevosetia.ru

Любое использование материалов сайта в сети интернет допустимо при условии указания имени автора и размещения гипертекстовой ссылки на источник заимствования.

Использование материалов сайта вне сети интернет допускается исключительно с письменного разрешения правообладателя.


Контакты:
г. Владикавказ
пр. Коста, 11, Дом печати
(8-867-2)25-02-25
gazeta@mail.ru
Яндекс.Метрика