Республиканская
ежедневная
газета
г. Владикавказ
пр. Коста, 11, Дом печати
(8-867-2)25-02-25
ТРИ ИМЕНИ ВОЙНЫ И ПОБЕДЫ

Их много, этих имен. И лиц. Солдат, командиров, партизан, сегодняшних ветеранов, бойцов фронта и тыла… Пожалуй, ни одно другое событие в жизни планеты не обнажило так противостояние зла и добра, не явило так силу духа и воли, мужества и патриотизма, как Великая Отечественная. Лица… Имена… Попробую коротко – о троих, кто, уверена, и через 74 года не только в моей памяти, а и в памяти, и в самой глубине сердца нашего народа.

Сталин

Если я кому-то в раннем-раннем детстве завидовала, то, наверное, той девочке, которую Сталин поднял высоко на руках и поставил потом рядом с собой на трибуне Мавзолея во время очередного праздничного парада на Красной площади. Отец, возвратившись с войны, рассказывал: "Сидим в окопе, пули свистят, так и хочется голову ниже пригнуть. Но как только раздается "За Родину! За Сталина!" – неведомая сила поднимала нас в бой". Слушала я, и, может, поэтому несколько первых моих детских стихов были посвящены вождю.

Все чаще раздаются голоса о том, что ежели бы сейчас мы жили припеваючи, с достойными зарплатами и пенсиями, просыпаясь утром под гудки заводов и фабрик, а простые люди могли б за небольшую сумму посещать курорты СССР и зарубежья (например, в 60-х я всю Италию проехала по комсомольской путевке за 90 рублей), то тогда, дескать, о Сталине и не вспоминали бы. А почему? Из-за репрессий? Так я беседовала с одним из бывших узников ГУЛАГа, и он рассказывал, что, во-первых, в лагерях действительно оказалось немало настоящих врагов советской власти, а во-вторых, обычными словами Сталина, когда ему докладывали об очередном "враге", были: "Надо разобраться…" Увы, на местах за считанные минуты "разбирались" ссылкой или расстрелом.

Конечно, не политик я, не историк и не экономист, и не могу верить или не верить уважаемым ученым, открывшим скифо-арийско-аланские корни и предпочтения Иосифа Виссарионовича ("Северная Осетия", 27 мая этого года); ведь если очень захотеть, то можно доказать, что первый человек на Земле – Адам – был явно осетином. Просто мне лично важнее другое: чтобы перестали мазать черной краской одно из главных светлых лиц и имен нашей с вами Победы. Хорошо помню день смерти Сталина, это неподдельное горе, охватившее всех, от меня, восьмиклассницы, до глубоких пенсионеров. Тогда же буквально выдохнулись на бумагу стихи, опубликованные потом в газете "Молодой большевик". Приведу лишь два четверостишия:

В строгом молчании замерли классы.

Долго, тоскливо уроки текли.

Детям минута казалась часом.

Нет, заниматься они не могли.

Выйдет с указкой девочка к карте,

Голову низко опустит, молчит…

Вспомнит об ЭТОМ и кинется к парте –

"Сталина нету!"… и плачет навзрыд…

Левитан

Вот тут придется, уж простите, немного похвастаться. Когда в "Литературной газете" несколько лет назад опубликовали мое стихотворение "Голос Левитана", позвонили из Совета ветеранов Ленинграда-Петербурга и спросили, не буду ли возражать, если на памятнике Левитану выбьют несколько моих строк. Но это, подождите, еще не хвастаюсь. Отправила стихи самому Юрию Борисовичу, не зная адреса: Москва. Радио. Левитану. И получила от него письмо: "Дорогая, милая Ирина, спасибо за прекрасные стихи… Их будут читать мои правнуки…" Отдала это письмо перед одним из девятомайских праздников в краеведческий музей, забыв сделать с него ксерокопию. Думаю, не пропадет…

… Он с нами был на выжженных полях

И над вдовой заплаканной склонялся.

Был тверд и вечен в этих хрупких днях…

Нет, он не говорил , он простирался…

Словами словно раздвигая мглу,

В смертельный час он был наполнен жизнью.

Он голосом солдатским был в тылу

И был на фронте голосом Отчизны.

Не помогали мимика и взгляд…

Был просто Голос, маршал и солдат…

И правда, я, малышка, слышала этот Голос по несколько раз в день и видела, как мама и бабушка не отрываются от радиоприемника. Нет уже с нами Юрия Борисовича. А стихи заканчивались так:

… Не ставят памятников голосам.

Как втиснешь в камень Голос Левитана?..

Симонов

Почему-то при произнесении этого имени – Константин Симонов – тут же встают перед глазами не повести его "Живые и мертвые" и другие, не пьеса "Парень из нашего города", не статьи в "Лит.газете", а "Жди меня – и я вернусь. Только очень жди…" Это была заповедь, гимн верности, вера в победу… Переписанные от руки, хранящиеся в карманах гимнастерки строки были стимулом для каждого воина, верящего, что "ожиданием своим" его спасет любимая. Потом еще – стихи, стихи, стихи… От "Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины?.." до безумно искренних, теплых стихов о Любви. Да, с большой буквы, ибо:

"…есть на Земле такая дружба,

Такое чувство есть на Земле,

Когда воркованье просто не нужно,

Как рукопожатье в своей семье…

И знай: что б ни случилось с тобою,

Какие б ни прокляли голоса,

Тебя, с искалеченною судьбою,

Все те же теплые встретят глаза…"

Он пережил предательство в любви, и остались строки, посвященные главной женщине в его жизни:

"…И вдруг – вокзал. Отъезд. Перрон,

Где и обняться-то нет места.

И дачный Клязьминский вагон,

В котором ехать мне до Бреста…

Чтоб с теми, в темноте, в хмелю,

Не спутал с прежними словами,

Ты вдруг сказала мне "Люблю…"

Почти спокойными губами.

Такой я раньше не видал

Тебя, до этих слов разлуки.

Люблю… Люблю… Ночной вокзал…

Холодные от горя руки…"

* * *

Три имени. Три лица. Их – тысячи. И тысяч уже нет. Так поклонимся живым…

Комментарий к фотографии
Автор: Мария Панкратова
Комментарии (0)
Республиканская
ежедневная
газета

© 2017 sevosetia.ru

Любое использование материалов сайта в сети интернет допустимо при условии указания имени автора и размещения гипертекстовой ссылки на источник заимствования.

Использование материалов сайта вне сети интернет допускается исключительно с письменного разрешения правообладателя.


Контакты:
г. Владикавказ
пр. Коста, 11, Дом печати
(8-867-2)25-02-25
gazeta@mail.ru
Яндекс.Метрика