Республиканская
ежедневная
газета
г. Владикавказ
пр. Коста, 11, Дом печати
(8-867-2)25-02-25
Неугомонный рудознатец

Садонские рудники всегда были гордостью республики. Это сейчас, при взгляде на покинутые людьми, разрушенные шахты, тоскливо сжимается сердце, а раньше Садон бурлил, кипел жизнью, гудел словно улей от рассвета до заката.

История Садонских рудников, начавшаяся еще в 1780-х с разведывательной миссии рудознатца Степана Вонявина, за более чем два века изобилует драматическими моментами, интригами, детективными сюжетами, которые когда-нибудь непременно станут частью литературных произведений. Превратившись к концу XIX века в один из мощнейших промышленных центров Юга России, Садон привлекал не только осетин из окрестных сел, но и огромное число людей с просторов Российской империи и даже из-за границы.

Об одном из таких людей хотелось бы вспомнить сегодня. Речь о Николае Владимировиче Фильковиче. Николай Филькович родился в 1860-х годах в семье статского советника, преподавателя Саратовской военно-начальной школы. По окончании гимназии в 1878 году Николай сдал вступительные экзамены в Морской кадетский корпус, окончил его в 1882 году и был зачислен во 2-й флотский экипаж Балтийского флота в чине мичмана. Однако на флоте Филькович не прижился, хотя и отдал морю 8 лет своей жизни. Выйдя в отставку в чине лейтенанта, Николай Филькович решил попробовать счастья в рудном деле.

Так, 22 июля 1890 года Николай Владимирович путем долгих переговоров с местными жителями добился права на аренду обширных участков земли в Хевсуретии для разведки полезных ископаемых. И лишь после этого решил повторить удачный опыт на Садонских рудниках.

В том же 1890 году Садонский рудник посетил член Горного ученого комитета Иосса. Он заметил наличие здесь цинковой обманки и был поражен ее количеством. Вернувшись в Петербург, Иосса обратил внимание Горного департамента на возможность использования цинковой обманки. Однако бюрократическая машина разворачивалась долго, и пока Горный департамент "вникал в суть проблемы", к отвалам цинковой обманки в Садоне проявил интерес и Филькович.

К 1890-м годам рудники Садона были уже развитым, но технически отсталым предприятием, обрабатывать отвалы обманки самостоятельно оно не могло. Этим и воспользовался Филькович. Он испросил у Горного департамента разрешения использовать цинковую обманку и стал отправлять ее через Новороссийск за границу. За три года Н.В. Фильковичу удалось отослать 12300 тонн цинковой руды, однако из года в год ее становилось все меньше. Накопивший значительный капитал Филькович стал стремиться, чтобы арендовать рудник и завод и сосредоточить все производство в своих руках.

Переговоры между Горным департаментом и Н.В. Фильковичем закончились тем, что в 1895 году Алагирский завод и Садонский рудник правительством были отданы в аренду сроком на 60 лет. Согласно контракту к Фильковичу перешли не только завод и рудник, но и все другие строения и земельные участки, прилегавшие к ним, а также Цейско-Кассарская лесная дача. Передача последней была незаконным актом, лишавшим местных жителей значительной общинной земли и лесного массива.

По условиям контракта Н.В. Филькович обязан был выплачивать казне с каждого пуда выплавленного свинца или глета по 20 копеек, с каждого пуда химически чистого серебра – по 100 рублей и с пуда цинковой обманки – по 8 копеек. В то же время ему предоставлялось право продавать все виды продукции и другим лицам, но в таком случае он с каждого пуда свинцовой руды уплачивал 24 копейки.

Заключая арендный договор с Горным департаментом, Филькович рассчитывал поднять производительность завода и рудника, сделать их рентабельными предприятиями, дающими прибыль. Но для этого требовались значительная реконструкция завода, проведение дополнительных геологических работ и механизация рудника.

Чтобы провести эти работы, необходим был значительный капитал. Филькович стал искать партнеров, готовых вместе с ним вложить деньги в реконструкцию завода и Садонского рудника. В результате в 1896 году было учреждено смешанное русско-бельгийское "Горнопромышленное и химическое общество "Алагир". Официальными учредителями стали русский подданный, доктор химии Ливен и сам Филькович. Размер капитала, вкладывавшегося обществом в завод и рудник, составлял 4,5 млн рублей. 75% акций этой суммы принадлежали бельгийцам – Брюссельскому и Льежскому банкам. Кредитором акционерной компании стал 151 человек, из которых 95 были русскими подданными, в том числе и осетины, с общей суммой кредита в 338945 рублей, 56 иностранцев, в основном бельгийцы, с общей суммой кредита в 1271649 рублей.

Свою деятельность акционерная компания начала с усовершенствования оборудования завода и рудника. В Садоне были введены электромеханические установки, которые заменили ручной труд и стали дробить горную породу. Установлено было электрическое освещение, проведен телефон. Общество увеличило численность рабочих, особенно возчиков руды. Кроме того, Николай Филькович развернул благотворительную деятельность. Надо сказать, что, несмотря на свой неугомонный характер, человеком он был набожным. Так что в 1895 году на собственные средства заказал и привез роскошный иконостас для церкви Вознесения Господа Иисуса Христа, что расположилась на углу Вознесенской и Подгорной улиц. В 1897 году, ратуя за развитие православия в горах Осетии, он заложил и начал строительство церкви-школы в селе Ход, открытие которой состоялось в 1900 году. Также попытался решить еще одну застарелую проблему Садонского рудника – труднодоступность. В течение многих лет единственным путем вывоза руды была дорога на Дарг-Кох, оттуда ее отправляли по железнодорожной ветке. Филькович был первым человеком, предложившим властям строительство сначала железнодорожной, а затем – и автомобильной трассы, которая бы связала Владикавказ с современной территорией Южной Осетии. Именно по маршруту, предложенному еще в 1895 году неугомонным лейтенантом, проходит сейчас Транскам.

Однако ожидания Николая Фильковича и его партнеров в отношении Садонских рудников не оправдались. В 1902 году его отстранили от управления рудниками, на его место были назначены бельгийские управляющие. Сам Николай Владимирович Филькович вернулся в Петербург и жил там вплоть до революции. После октябрьского переворота Николай Владимирович вернулся в любимую Осетию. Еще несколько лет он добивался от властей постройки дороги, которая бы связала Садон с Владикавказом, позволив ему развиваться. Где и когда он окончил свои дни – неизвестно. Во многих литературных источниках имя лейтенанта запаса флота Фильковича указывается с презрительным снобизмом и клеймом чуть ли не мошенника, но именно при нем Садон из крепостного рабства рудников превратился в высокотехнологичное по тем временам автоматизированное предприятие.

Комментарии (0)
Республиканская
ежедневная
газета

© 2017 sevosetia.ru

Любое использование материалов сайта в сети интернет допустимо при условии указания имени автора и размещения гипертекстовой ссылки на источник заимствования.

Использование материалов сайта вне сети интернет допускается исключительно с письменного разрешения правообладателя.


Контакты:
г. Владикавказ
пр. Коста, 11, Дом печати
(8-867-2)25-02-25
gazeta@mail.ru
Яндекс.Метрика